Мы те, кто умрет - Стасия Старк Страница 233

Альбион замирает. Его глаза расширяются. Он издает звук, нечто среднее между криком и ревом. На этот раз он не бросается ко мне. Вместо этого он поворачивается спиной, и смотрит на Джораха, который все еще стоит, прижавшись к книжному шкафу, и потрясенно наблюдает за нами.

Почему он не сбежал?

Я делаю глубокий, прерывистый вдох, не позволяя страху ослепить меня.

— Альбион.

Он игнорирует меня. Слишком поздно. Я потеряла связь с ним.

Альбион бросается вперед, но я тоже двигаюсь — перепрыгиваю через диван, отталкиваюсь от стола и устремляюсь к Джораху.

Я уворачиваюсь от Альбиона и ныряю между ними.

Альбион врезается в меня, выбивая кинжал из моей руки.

Я кричу, замахиваясь кулаком.

Но не мой кулак отталкивает его. Это мой щит, мерцающий голубым серебром между нами. Мой сигил нагревается.

— Я знаю эту силу, — глаза Альбиона расширяются. — Сила грифона.

Я все еще понятия не имею, как контролировать щит, а это значит, что он вряд ли продержится долго. Схватив Джораха за руку, я тяну его за собой, игнорируя его слабое сопротивление.

— Я могу помочь, Арвелл!

Я не спускаю глаз с Альбиона и странного щита между нами, пока подталкиваю Джораха к серебряной двери.

— Тебе нужно позватьна помощь, Джорах. Иди.

Джорах поворачивается и выбегает за дверь. От облегчения у меня подкашиваются колени.

— Ты не сможешь удерживать этот щит вечно, — говорит Альбион. Теперь его лицо бесстрастно, а глаза холоднее, чем я когда-либо видела.

Это не к добру. Когда он был вне себя и нес чушь, у меня был шанс. Если верх возьмет логика…

Волна усталости прокатывается по моему телу, и мой щит исчезает. Альбион мягко улыбается, но его глаза по-прежнему ледяные.

— Это не продлится долго, Арвелл. У тебя была тяжелая жизнь. Столько усилий, чтобы защитить своих братьев. Чтобы накормить семью. И ты так много потеряла. Все, кого ты любила, умерли или бросили тебя. Это сделало тебя черствой, холодной и немного подлой.

Чертов Леон. Очевидно, он был ближе с Альбионом, чем я думала.

— Я сделаю это быстро, — говорит Альбион. — И когда ты вернешься, то будешь вместе со своей лучшей подругой.

О, он хорош.

— А мои братья? — хриплоспрашиваю я, заинтересованно распахивая глаза, как будто обдумываю его предложение. Я медленно двигаюсь вправо. К своему кинжалу, лежащему на полу всего в десяти футах от меня.

В глазах Альбиона мелькает торжество.

— О них позаботятся, — мягко обещает он. — Когда ты вернешься, вы снова будете вместе. Ты вернешь свою мать и Кассию. У нее будет еще один шанс стать такой матерью, которую ты заслуживаешь.

У меня щемит в груди. Осталось что-нибудь, о чем Леон нерассказал Альбиону?

— Видерукс любит играть с теми, кто сводит счеты с жизнью, — голос Альбиона становится тише, уговаривает. — Он не верит в милосердие к тем, кто растрачивает дар жизни впустую. Ты избавишь свою мать от вечных мучений.

— Ты хочешь сказать, что Видерукс отдаст одну из своих игрушек?

Восемь футов.

Альбион делает шаг ближе, его глаза безумны. Я застываю.

— У него не будет выбора. Ты не понимаешь, насколько могущественен Мортус. Вот истинная причина, по которой его заперли.

Я провожу рукой по волосам, отступая влево.

— Ты хочешь сказать, что они заперли его, потому что завидовали.

Семь футов.

— Да. Они хотели забрать его силу. Они отказались слушать его мольбы. Так же, как ты отказываешься слушать, Арвелл. Думаешь, я не заметил, что ты идешь к кинжалу?