Предатель. Я выбираю себя - Ирина Манаева Страница 38

— Это адекватное решение на твой гнусный поступок. Так что сперва поинтересуйся у себя, почему ты позволил себе измену. А потом ещё раз поинтересуйся, почему… - но я не договариваю, а прикусываю язык. Хотела спросить на счёт Артёма, но понимаю, что могу только спугнуть.

— Договаривай.

— Нет, уже одного этого достаточно.

— Значит, развод? – хмыкает он в трубку.

— Полагаю, ты расстроишься не из-за меня, а из-за фирмы моего отца.

— Отца? – как-то задумчиво интересуется он. – Твоего отца уже нет, Женя, Фирма не может принадлежать ему.

Отчего-то неприятно сосёт под ложечкой.

— Но есть я.

— И?

— В смысле и, Привалов? Как только ты перестаёшь быть моим мужем, фирма возвращается ко мне.

Он усмехается. Я даже не вижу его, но слышу это самодовольное, тянущееся:

— Ты правда так думаешь?

— А есть варианты? - сжимаю телефон сильнее.

Пауза. Короткая, как перед ударом.

— Женя, - тянет он. – Ты ведь даже не читала документы, которые подписывала, да?

Сердце неприятно дёргается.

— Не начинай.

— Я не начинаю, - спокойно отвечает он. - Я объясняю.

Молчу.

— Фирма оформлена на тебя, да, - продолжает он. - Формально. Но управление ты же сама передала мне.

Перед глазами всплывают бумаги, доверенности. «Для удобства», «чтобы не дёргать тебя по мелочам».

Чёрт.

— Генеральная доверенность, - произносит он. - Помнишь такую?

Сжимаю челюсть.

— Это не даёт тебе права!

— Ошибаешься. Ещё как даёт, - перебивает. - Подписывать контракты, перераспределять доли, открывать и закрывать счета. Да, Женя, так бывает, когда не хочешь ни в чём разбираться. И знаешь, что самое интересное? – добавляет он почти с удовольствием. - Часть активов уже выведена.

Внутри становится пусто.

— Куда?

— В другие места, где ты уже не единственный владелец.

Пальцы холодеют.

— Ты…

— Я страховал бизнес, Женя, - перебивает. – Пока ты занималась… чем ты там занималась?

Сжимаю зубы так, что слышу скрип.

— Ты хочешь сказать, что отжал компанию?

— Я хочу сказать, - голос становится жёстче, – что, если ты подаёшь на развод, ты выходишь не из сказки, а из системы, в которой у меня тоже есть доля.

Доля. Вот оно.

— Какая?

— Достаточная, чтобы ты не могла просто «забрать всё и уйти», как ты сейчас себе нарисовала.

Делаю медленный вдох.

— Через что?

Он молчит секунду. Потом отвечает:

— Через совместно нажитое. Через инвестиции, которые я заводил в компанию, через доли, оформленные на третьих лиц.

Третьих. Перед глазами всплывает рыжая и Артём.

— И через управленческие решения, которые ты сама подписывала, - добивает он. – Не глядя.

Сердце бьётся где-то в горле. Вот почему он не боится, вот почему такой спокойный, а я полная дура, что не вникала в эту кухню. Потому что я даже не могла представить, что человек, которого вырастил мой отец, может так поступить и с ним, и со мной.

— То есть, - медленно произношу, – ты рассчитываешь, что после развода фирма останется тебе?

— Не мне, - поправляет он. - Нам. Я же не последняя сволочь, жена.

Смешок срывается сам.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем, - холодно отвечает. – Либо мы договариваемся, либо ты получаешь долгий, дорогой и очень неприятный процесс с юристами, судами и сюрпризами, - добавляет он.

— Знаешь, что самое забавное, Лев? - тихо спрашиваю.

— Что?

— Ты правда думаешь, что после всего я выберу «договориться»? Как же ты плохо меня знаешь, Привалов.