Измена. На бис! - Ася Вернадская Страница 4

Нанесла тональный крем быстрыми, резкими движениями. Подвела глаза чёрным карандашом. Губы накрасила тёмно‑бордовой помадой. Идеально. Маска готова.

Через двадцать пять минут телефон снова завибрировал.

— Спускайся. Я у подъезда.

Я накинула пальто, вышла. Папин тёмный, солидный Mercedes GLE стоял у тротуара, мотор тихо урчал. Я открыла дверь, впустила внутрь волну холода.

— Привет, — сказала я, наклоняясь, чтобы поцеловать его в щёку.

Папина щека была колючей от короткой седой щетины, пахла старым одеколоном «Шипр» и родным запахом папы. Он резко отклонился, схватил меня за подбородок, пристально вгляделся.

— В чём дело? Что с тобой? Заболела? — он ужасно испугался; его карие глаза, обычно спокойные, побежали по моему лицу, выискивая признаки болезни.

— Всё в порядке, пап. Здоровье в норме… Ну, по крайней мере, физическое.

Он выдохнул, отпустил меня.

— Слава богу. Так, где мы с тобой будем ужинать?

— Без разницы.

— Знаешь, мне тут одно местечко рекомендовали. Говорят, настоящая старорусская кухня.

Он посмотрел на меня, и его лицо снова исказилось тревогой.

— Ада, ты что, ревёшь?

Я не чувствовала, что плачу. Но когда я провела пальцем по щеке, он оказался мокрым. Чёрт. Маска течёт.

Он резко, почти насильно, прижал мою голову к своему грубому вязаному свитеру.

— Рассказывай, что натворил Сеня?

Я уткнулась носом в шерсть, позволив себе на секунду быть маленькой девочкой. Потом отстранилась, вытерла лицо тыльной стороной ладони, смазав всю чёрную тушь.

И выложила. Про звонок. Про голос. Про «секс на нашей постели». Про сообщение «жду» в Telegram.

Он слушал, не перебивая, глядя прямо перед собой на мокрую улицу. Его крупные, узловатые от артрита пальцы сжимали руль.

— Ну и что? — довольно жёстко спросил он, когда я закончила.

Я не поняла.

— Как «что»?

— Да вот так. Изменил и изменил. Найди мне мужчину, который ни разу не оступился.

Я остолбенела. Смотрела на его профиль: крупный нос, тяжёлый подбородок, густые седые брови.

— Он стал хуже к тебе относиться? — продолжил он, нажимая на газ. Машина плавно тронулась.

— Нет…

— Секс присутствует?

— Да…

— Вот и всё. Взбляднул человек, с кем не бывает. А эта особа… губу раскатала. Стандартный сценарий: сообщить жене, чтобы та в гневе выгнала мужа. А он, значит, прибежит к ней за утешением. А если жена не выгонит, то точно начнёт его изводить, что мужик сам слиняет. Банально. Сама что ли не знаешь?

— Пап, — я задохнулась, — но если бы ты слышал, что она мне говорила.

— Я уверен, что тем более Сеня не стал бы связываться с такой низкопробной женщиной. Скорее всего, звонила её подружка. А тон… Тон был выбран нарочно, так сказать, для психологического подавления противника. И, похоже, добились своего.

Он говорил спокойно, рассудительно, как будто разбирал поломку станка.

— Пап, я увидела у него в телеге сообщение «жду» на незнакомый номер, — выдавила я. — Может, мне стоит поговорить с ним?

Он резко повернулся ко мне, и в его глазах вспыхнуло что‑то острое, почти злое.

— Ни в коем случае! Запомни, дочка, ни слова Сене. Сделай вид, что ничего не произошло.

Я замерла. Смотрела на него.

— Я постараюсь притвориться… если получится.

— Получится. Просто выкинь это из головы. Не зацикливайся. Не трави себе душу. Уверяю, это пустое. Сеня тебя любит. Вспомни, как он за тобой бегал полгода? Я тогда поражался его настойчивости. Не придавай этому значения. Забудь.