Папа в прокате - Ольга Дашкова Страница 46

Дети затаили дыхание, Людовик, как будто понимая важность момента, тоже замер, только его ушки настороженно подрагивали.

Ванесса сделала несколько шагов в их сторону, внимательно всматриваясь в кусты. Еще немного, и она могла их заметить…

Глава 15 Суд и расправа

— И тут, – драматично произнесла Кира, сидя на диване в обнимку с Людовиком, – произошло событие, которое навсегда войдет в историю как «Великое предательство Бутерброда».

Трое взрослых – Игорь, Ванесса Витольдовна и Леха – стояли перед диваном в позе судей верховного трибунала. Тимоха сидел рядом с Кирой, виновато уставившись в пол, а Людовик, похоже, был единственным, кто наслаждался всеобщим вниманием.

— Кира, – строго сказал Игорь, – мы серьезно разговариваем. Без сарказма.

— Но сарказм – это моя защитная реакция, – возразила она. – Без него я как черепаха без панциря. Беззащитная и… черепашья.

— Кира.

— Ладно, ладно. Так вот, мы сидели в кустах, все шло по плану. Людовик мирно жевал Тимохину колбасу, бабушка искала его, а мы были практически невидимы. И тут…

* * *

Два часа назад

Ванесса стояла в нескольких метрах от их укрытия, когда Людовик, видимо, решив, что одного кусочка колбасы недостаточно, потянулся к рюкзаку Тимохи за добавкой.

— Нет, стой, – прошептала Кира, но было поздно.

Людовик, роясь в рюкзаке, зацепил термос. Термос покатился по земле, крышка отскочила, и горячий чай с громким всплеском вылился прямо на ноги Кире.

— АЙ! – взвизгнула она, подпрыгнув. – ГОРЯЧО!

В кустах зашуршало, Тимоха попытался поймать Киру, но только запутался в ветках сирени. Людовик, решив, что началась веселая игра, радостно залаял и принялся носиться вокруг них.

— Кира? – удивленно произнесла Ванесса, раздвигая ветки. – Что… вы здесь делаете? Кто этот мальчик? Где твой отец?

— Э-э-э… – Кира подпрыгивала на одной ноге, стряхивая с джинсов горячий чай, и отчаянно пыталась собраться с мыслями. – Мы… мы… это Тимоха, мой одноклассник… Мы…

— Наблюдаем за редкими ночными бабочками! – выпалил Тимоха. – Очень редкими!

— С биноклем? – Ванесса приподняла бровь, глядя на военную оптику в руках Киры.

— У бабочек очень маленькие… крылышки, – неуверенно добавил Тимоха.

— В кустах? В восемь вечера? В октябре?

— Это поздние бабочки, и октябрь в этом году теплый! – Кира все еще подпрыгивала.

Людовик воспользовался моментом, чтобы подбежать к Ванессе и радостно сообщить ей лаем о том, какие замечательные новые друзья у него появились.

— Людовик, – сухо сказала Ванесса, беря шпица на руки, – я вижу, ты отлично провел время, но я с тобой потом поговорю на эту тему.

В этот момент из ресторана вышли Игорь с Анечкой. Увидев Киру, прыгающую в кустах, он сначала замер, а потом покачал головой.

— Даже спрашивать не буду, – вздохнул он. – Кира, ты в порядке?

— Если не считать того, что я чуть не сварилась заживо в этом чае, то да, – Кира наконец перестала подпрыгивать. – Зато мы… э-э-э… много узнали о бабочках?

— И о ресторанном этикете, – добавил Тимоха.

* * *

— И тут, – продолжила Кира в настоящем времени, – началась настоящая катастрофа. Потому что Анечка оказалась не только красивой и терпеливой, но еще и умной. Очень умной.

— Она сразу поняла, что мы следили за вашим свиданием, – добавил Тимоха. – И предложила всем вместе разобраться в ситуации.