Сорока и Чайник - Артём Скороходов Страница 47

— Ничего себе упростил. А ты сам знаешь ответ? Как понять, что кто-то живёт, а кто-то просто механизм? Просто удачная шутка инженеров?

— ' Всё дело в сознании, балда. Именно сознание и определяет'.

— Постой. А что такое сознание?

Чёрный робот, не обращая внимания на разговаривающего самого с собой Фёдора, ковырялся рядом с печкой.

— Уголёк! — заметил он и стал радостно пережевывать добычу.

* * *

Фёдор не зажигал свет в квартире. Просто сидел, положив подбородок на кулаки, и смотрел в окно. По темной улице ехали повозки, иногда, тоскливо ревя клаксонами, их обгоняли паромобили, которые оставляли после себя клубы черного дыма. Несколько молодых парней подпирали стену у одного из фонарей. Они смеялись, курили и комментировали проходящих мимо девушек. Народу было много, поэтому кроме комментариев и восхищенного свиста дальше дело не шло. Фёдор поймал себя на мысли, что эти парни ему не нравятся. Не эти конкретно, а вообще. Вызывающее поведение, громкий смех. Ведь он сам еще недавно был точно таким же. Но вот теперь такое поведение его раздражало. Фёдор поднялся и почти в полной темноте продолжил тренировку. Свет газовых фонарей за окном и огонь в печи освещали, как он раз за разом повторял упражнения. Подход, потом еще один. Снова и снова.

Через полчаса в коридоре раздались шаги и потом раздался стук в дверь. Фёдор зажег керосиновую лампу и впустил Борея.

— Отчего у тебя такая темень, Сорока?

Фёдор пожал плечами.

— Я от Леонарда. Он говорит, что всё тихо. Никто не удивился что аристократик пропал, он часто так делал. Швейцар же оказался понятливый и после беседы с Берёзой ничего не видел и ничего не знает. Так что собирайся, поехали.

— Куда? — удивился Фёдор.

— Корявый опять где-то квасит и пропускает встречу груза. Ты с нами?

Фёдор несколько мгновений раздумывал, а потом кивнул.

— Я только переоденусь.

* * *

— Где Корявый? — это первое, что спросил Хмарь, спрыгнув с баркаса.

Борей тяжело вздохнул.

— Мне это не нравится! — заявил старик, подозрительно вглядываясь в темноту берега.

— Хмарь, не начинай, — Борей протянул пачку ассигнаций.

— Дерьмо! — выругался старик, плюнул в воду, но потом быстрым движением взял деньги. — Разгружаем!

На пирс ловко перекинули трап. Раздался тяжелый топот големов.

— А чем их заправляют? — спросил младший Зюйд, с интересом разглядывая больших роботов.

— Не твоего ума дело, — резко ответил Хмарь.

— Но-но! Полегче старик, — вступился старший Зюйд.

— Молча разгружаем, тупых вопросов не задаем, — отрезал Борей. — Зюйды, помогите. Сорока, проследи, чтобы в грузовик все нормально разгрузили. Прошлый раз два ящика оказались повреждены. За сохранность теперь ты отвечаешь.

Фёдор кивнул и пошел к паромобилю. Погрузку закончили быстро. Всего дюжина длинных синих ящиков с надписями на кронлайтском. И несколько мешков с незнакомыми каракулями.

Борей о чем-то спорил с Хмарью, старший Зюйд стоял рядом с Фёдором и молча курил, глядя на черные волны. Наконец Борей закончил, запрыгнул с водителем и старшим в кабину, а Фёдор с младшим по старой схеме забрались в крытый кузов.

— Та-а-ак, и что у нас тут? — радостно заявил Зюйд, подсев поближе к ящикам, и распахнул первый.

В руках у него появился короткий кронлайтовский карабин с красным прикладом.