Синичкина, не трепыхайтесь! Фиктивная жена для отца-одиночки - Ксения Маршал Страница 50

Моя умница! Так их!

«Утри нос этим неприветливым малышам» – так и хочется крикнуть мне. – «Они за тобой еще бегать будут!»

— Вау! – я поднимаю оба больших пальца вверх и краем глаза замечаю, как все внимание детворы приковывается к более взрослой и ловкой Ульяне. А та пожинает свою маленькую минуту славы и раскачивается вовсю. – Круто!

Уля тем временем спрыгивает на землю и немножко позерски отряхивает руки. Ребята тут же толпятся возле нее.

— Подумаесь, я тозе так могу, – фыркает один.

— И я! – поддерживает второй.

— А как тебя зовуть? – это уже девочка лет четырех. Она смотрит на мою Ульку, как на кумира.

Пацаны принимаются карабкаться наперегонки по веревочной лестнице. Я едва успеваю задуматься, не опасно ли это, как к нам подбегают две мамочки.

— Егор, немедленно слезай! – командует одна.

— Лев, нельзя так высоко лазить, это опасно! – вторая просто отрывает своего отпрыска от канатов, после чего раздается вой, похуже любой сирены.

Мамочки, кажется, я начинаю тихо недолюбливать детские площадки. Вот уж никогда бы не подумала, что тут такой треш творится…

— Мам, но девотька до велха долезла! – возмущается Егор, хотя покорно и весьма неуклюже пускается вниз.

— Девочка большая уже, ей можно, – аргументирует мать.

Я же никак не могу решить, стоит ли вообще вступать в диалог. А может вовсе увести Улю? Какие-то они тут все… беспокойные. Явно не лучшая компания для моей умницы.

— А ты мозесь есе лаз залесть? – не отстает от Ули девчушка, которая интересовалась ее именем.

Ульяшка важно жмет плечами, запрыгивает на веревочную лестницу и повторяет трюк. Боковым зрением я улавливаю постороннее движение, через мгновение узнаю Эльвиру Олеговну, нашу противную соседку. Она ведет на поводке небольшую собачку. Такую же сухую, чопорную и отталкивающую, как и сама хозяйка.

Не могу сказать, что соседка делает в следующую секунду. Распознаю лишь, как она дергает, а потом нарочно отпускает поводок. Собачонка с брехливым визгливым лаем летит в нашу сторону, словно ракета. Подпрыгиваю на месте от неожиданности. Маленькая девчушка тут же плакать начинает. А Ульяна, явно перепугавшись, рухает с высоты на землю. Ее ножка странно подгибается, и мое сердце холодеет от крика, который испускает дочка.

Глава 32

— Что? Где? Больно? – я в панике ощупываю личико Ульяши.

Меня всю колотит, внутри ледяная дрожь сменяется адским жаром и обратно. Мозг ничего не соображает абсолютно. В нем хаотично вспыхивают всякие мысли, но тут же гаснут. Уля подвывает и всхлипывает, глядя несчастно на меня. Я должна ей как-то помочь, но не знаю, как. И от этого, от собственной идиотской беспомощности и никчемности, я готова тоже разрыдаться в голос.

Ну что я за бестолковая женщина такая? А еще называть себя мамой позволяю… Стоило только остаться с девочкой один на один, как я ее чуть не угробила. Никаких больше площадок, никаких лазалок! Никогда! Если, конечно, Евсей мне вообще позволит остаться и не выгонит пинком под одно место.

— Нощка болит, – жалобно тянет моя малышка, и мое сердце замирает, сжимается в плотный комок и падает камнем в желудок, разбивая там все в крошево. – И не щевелится…

Да за что маленькие дети должны так страдать?

Ох, мамочки, что же мне делать?

— Сейчас, моя хорошая, сейчас… – трясущимися руками достаю мобильный. Нужно Журавлеву звонить! Он точно не растеряется от паники, как я, и четко скажет, что предпринять. – Потерпи немножко, – слушаю длинные гудки, потом – механический голос женщины, предлагающей оставить сообщение. – Ну же, ответь, Евсей! – умоляю сдавленным шепотом, чтобы не перепугать Улю. Никогда еще фиктивный муж мне не был ТАК нужен!