Сорока и Чайник - Артём Скороходов Страница 60

— Господин Леонард, вы же сказали присматривать? Я там такого наприсматривала!

* * *

Фёдор спокойно шагал по темнеющим улицам. Он прошел по набережной реки. Купил себе кружку горячего сбитня и долго смотрел на проплывающий мимо пароход. А потом еще один. Прошел по скверу, с удовольствием вдыхая теплый весенний воздух, пусть и с легким запахом дыма. Наконец свернул на Литейный и подошел к своему дому. У входа в парадный поздоровался с Животным, который сосредоточенно чистил старый примус длинным, жутковатого вида, шилом. Животное издал довольные звуки и попросил передать привет Чайнику.

«Да, — подумал Фёдор. — Надо приготовить хун и спросить Чайник, что делать. В голове каша».

Парень поднялся и распахнул, как всегда, незапертую дверь. В квартире было тепло, уютно потрескивала печь, светилась лампа, а за столом сидела Инга. Фёдор замер и подумал, что у него галлюцинации.

— Инга?

— Здравствуй, Тео.

Фёдор молча подошел к девушке, сел перед ней и обнял. Та гладила его по голове и молчала. Легкий, пряный запах специй. Мягкие руки. Фёдор понял, какой он был дурак. Как он на самом деле устал.

— Я искал тебя.

— Я знаю.

— Прости меня, я был такой дурак.

— Я знаю.

Фёдор вскочил, поставил чайник. Блин, и поесть нечего.

— Я сейчас в лавку сбегаю. А ты чего в плаще сидишь? Снимай. О! Вина еще куплю.

— Не стоит, — сказала она немного напряженно. — Мне надо с тобой поговорить.

Фёдор замер.

— Так, чего-то мне это не нравится.

В дверь постучали.

— Кого еще нелегкая принесла?

Стук повторился.

— Сейчас, подожди, — Фёдор пошел к двери и раздраженно ее распахнул.

В коридоре стояли Берёза и младший Зюйд.

— Поехали, — мрачно сказал Зюйд. — Срочное дело. Леонард внизу в своем ландо сидит.

— Тут такое дело, — замялся Фёдор, оглядываясь назад в комнату, — я сейчас никак не могу.

— Сорока, без разговоров, поехали. Дело важное.

— Нет, — после небольшой паузы сказал Фёдор.

— Сорока, мне кажется, ты не понял.

— Я всё понял, Младший, — зло ответил Фёдор, особо выделив кличку. — Я не поеду. И передай Леонарду, что я закончил. Завязал. Всё. Баста.

Берёза усмехнулся, а Младший полез в карман плаща.

— Жаль, но по-тихому не вышло, — заявил он, направляя на лицо парня револьвер.

— Эй, ты чего? — удивился Фёдор, делая шаг назад.

Бандиты зашли внутрь комнаты, Инга испугалась и вскочила со стула. Берёза достал стальной прут, обмотанный тряпками, и шагнул вперёд, замахиваясь. Фёдор действовал рефлекторно, чуть отклонившись от удара, он ударил ладонью в нос Берёзе, выхватил прут и с размаха приложил им по коротко стриженной голове. Что-то неприятно хрустнуло. Берёза как подкошенный упал на пол. Зюйд быстро перевел револьвер на девушку и крикнул:

— Стоять! Замер, Сорока! Хоть пальцем двинешь, и твоей сучке конец!

Фёдор замер.

— Жаль, что тебя живым сказали привести. С каким бы удовольствием я бы тебя пристрелил.

— Спокойно, Инга. Спокойно, я разберусь, — тихо сказал Фёдор.

— Бросил прут на пол! Развернулся, встал на колени, руки за голову!

— Зюйд, что происходит? Вы чего творите?

— Выполняй! — рявкнул Младший.

Зюйд смотрел на Фёдора и не заметил, как Инга схватила закипающий чайник и запустила им в сторону Зюйда. Бандита окатило кипятком, тот заорал, раздался выстрел. Фёдор со всей силы ударил Зюйда прутом по голове, крик оборвался. Сорока повернулся к девушке и увидел, что та лежит на полу. Прут выпал из его рук, и Фёдор кинулся к ней. На ее груди расплывалось красное пятно. Инга хватала ртом воздух и с ужасом смотрела на Фёдора.