Семь слонов - Игорь Патанин Страница 65

— Нет. Похож, но нет. Тот был моложе. И глаза… другие. Более светлые.

— Возможно, его брат, Михаил Зорин, — сказала Анна. — Настоящий «Стратег».

— Возможно, — Софья устало закрыла глаза. — Я так устала. Мне всё время кажется, что я в каком-то странном сне. И я даже не знаю, что реально, а что — галлюцинации от их препаратов.

— Это пройдёт, — мягко сказала Анна. — Врачи говорят, что скоро действие препарата полностью прекратится.

— А если нет? — тихо спросила Софья. — Если что-то во мне уже навсегда изменилось? Я чувствую это, знаете. Как будто в моей голове поселился кто-то ещё.

Анна вспомнила видения Кати Вороновой, о которых рассказывала девочка. Только галлюцинации, вызванные препаратом? Или что-то более странное?

— Организм способен на удивительные чудеса восстановления, — сказала она. — Особенно в твоём возрасте. Дай себе время.

Софья слабо улыбнулась:

— Время… Кравцова говорила, что время — лучший союзник трансформации. Чем дольше препарат находится в организме, тем глубже изменения.

— Мы найдём противоядие, — твёрдо сказала Анна. — У нас есть зацепки. Есть материалы из лаборатории.

— Надеюсь, вы правы, — Софья снова закрыла глаза. — Я так устала бороться с этим… туманом в голове.

Елена Андреевна поправила одеяло на дочери.

— Тебе нужно отдохнуть, солнышко. Поспи.

Анна тихо поднялась, показывая Елене Андреевне, что хочет поговорить с ней за дверью. Они вышли в коридор.

— Она рассказывала что-нибудь ещё? — спросила Анна. — Что-то, что могло бы помочь нам найти Кравцову или Зорина?

— Нет, — покачала головой Елена Андреевна. — Но она постоянно говорит о какой-то Кате. Вроде бы девочке, которая помогала ей в «Питомнике». Врачи считают, что это галлюцинации от препарата.

— Катя Воронова, — кивнула Анна. — Жертва Беркута двадцать лет назад. Странно, что Софья видит именно её.

— Вы думаете… это что-то значит?

— Не знаю. Но в этом деле слишком много странных совпадений.

Телефон Анны зазвонил. Она взглянула на экран — Дорохов.

— Слушаю.

— Анна, у нас проблема, — голос напарника звучал напряжённо. — Дмитрий Зорин мёртв.

— Что? Как?

— Яд. Тот же способ, что и с Кравченко. Врачи ничего не смогли сделать.

— Чёрт, — выругалась Анна. — Он успел сказать что-нибудь полезное?

— Немного. Но есть кое-что важное. Документы, которые он вёз с собой. Мы нашли их в его личных вещах. Среди них — карта с отмеченными объектами «Ковчега». Три точки. Одна в горах Кавказа, другая на островах Ладожского озера, третья — где-то в Юго-Восточной Азии.

— Наши люди уже выехали?

— Готовятся. На Кавказ отправляют группу спецназа. Туда быстрее добраться. Если повезёт, поймаем Кравцову с поличным.

— Хорошо, — Анна потерла висок, чувствуя приближение головной боли. — Что ещё?

— И ещё кое-что странное. В кармане пиджака Зорина нашли маленького фарфорового слона. Белого. С надписью на донышке: «Д.З.»

— Метка смерти, — пробормотала Анна. — Белый слон — для тех, кто «обрел покой».

— Похоже на то. Как будто кто-то заранее знал, что он умрёт. Или спланировал его убийство.

— «Стратег», — Анна нахмурилась. — Зорин сказал, что его брат никогда не доверяет одному человеку всю информацию. Дмитрий знал о расположении резервных лабораторий — значит, он стал опасен.