Мы те, кто умрет - Стасия Старк Страница 85

Его сигил вспыхивает, и из него вырывается пламя.

Я бросаюсь влево. Прямо в его ловушку. Его ботинок снова врезается в мою лодыжку.

Мое тело движется в сторону.

А нога остается на месте.

ХРУСТ.

Отвратительный запах собственной крови наполняет мои ноздри, и я падаю, а боль распространяется по всей ноге.

Надо мной нависает Балдрик, слишком поглощенный ненавистью, чтобы заметить, как император поднимается на ноги. Охранник выходит вперед и взмахивает эфирным кнутом. Толстые витки сковывают Балдрика, прижимая его руки к бокам.

Я на мгновение задумываюсь над иронией ситуации.

А затем я встречаюсь взглядом с императором.

Он недоволен. Если второе испытание должно было доказать, что мы можем работать вместе, устраивая для его народа долгое зрелище, то я провалила его.

Губы императора кривятся, и тут меня осеняет.

Он собирается сделать из меня показательный пример. Моя смерть станет предупреждением для остальных.

Его рука начинает опускаться, и я замечаю движение за плечом императора.

Роррик выходит вперед, не сводя с меня глаз, и шепчет что-то на ухо императору.

Вся арена, кажется, задерживает дыхание. Я не смотрю на Тирнона. Я просто не вынесу выражения его лица, когда он узнает, что я умру.

Император поднимает большой палец.

Я не знаю почему, но Роррик только что спас меня.

По крайней мере, на данный момент.

***

Должно быть, я потеряла сознание, потому что, когда я открываю глаза, сильные руки поднимают меня.

— Что…

Тирнон поднимает меня еще выше. Он делает это осторожно, но я вынуждена впиться зубами в нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть.

— Ты не на арене, — говорит он. — Охранник вытащил тебя за руку.

Так же, как несколько дней назад вытащили мертвое тело Лейры. У меня кружится голова.

— Где целители?

— Я тебя отнесу, — раздраженно отвечает он. — О чем ты там думала?

— Разве ты не должен охранять императора?

Он игнорирует этот вопрос.

— Тебевообще не следовало здесь находиться. Но раз ты здесь, у тебя есть одна простая задача: не высовыватьсяи не привлекать к себе внимания. Вместо этого ты, похоже, наживаешь врагов, куда бы ни пошла.

Я не говорю ему о том, что Антигрус просил меня о пощаде. На мой взгляд, Тирнон лишился права на какие-либо ответы в тот день, когда бросил меня.

Но язаслуживаю ответов.

— Почему Роррик не дал императору убить меня?

Тирнон морщится.

— Я не знаю. Он старался говорить тихо, чтобы я не слышал его слов. Почему бы тебене рассказать мне,почему Роррик мог заинтересоваться тобой?

— Повторяю, моя жизнь не имеет к тебе никакого отношения.

— Если бы это было правдой. Я вовлечен в твою жизнь с того дня, как мы встретились.

— Опусти меня на землю.

— Я не могу, — отвечает Тирнон. — У тебя открытый перелом.

При этих словах у меня перед глазами появляются черные точки. Я отказываюсь смотреть на свою лодыжку, как будто от этого боль станет меньше.

— Другие…

— Я использую свою силу, чтобы скрыть твою травму. Никто не видит, насколько она серьезная.

Он проходит мимо двери, ведущей в квартал целителей под ареной, и я замираю.

— Куда ты меня несешь?

— У нас есть собственные помещения целителей в квартале Империуса, — грохочет голос Тирнона. — Эксия встретит нас там.

Слезы внезапно наворачиваются на глаза. Он знает, что я доверяю Эксии, поэтому устроил так, чтобы именно она вылечила меня в уединенном месте, подальше от других гладиаторов. Раньше он поступал так, не задумываясь — инстинктивно защищая меня всеми возможными способами.