Сорока и Чайник - Артём Скороходов Страница 9

— Это Лига. Это совсем другие расклады. Вы можете хоть двадцать раз взять город среди любителей. Но, сами понимаете, это намного серьезнее… Хотя не буду вас упрашивать. Вы знаете, где меня найти, если вдруг надумаете. Не смею вас больше отвлекать. Господа.

Мужчина встал, приложил два пальца к своему цилиндру и пошел в другую сторону зала.

— Давай, Бальтазар! — кричал Гюнтер. — Мне нужны новые сапоги!

Белый автоматон почти добил своего противника у канатов, но тот внезапно сумел поднырнуть под удар и вырваться из угла. Пока более громоздкий робот пытался развернуться, красный автоматон подпрыгнул и нанес сокрушающий удар куда-то в область головы белого. Он внезапно споткнулся и упал на металлические колени. Красный резко повернулся и с шипением пара ударил другой рукой. У белого отлетела выхлопная труба, он завалился на бок. Ринг заволокло паром и черным дымом. Толпа восторженно заорала. Гюнтер ухватился за голову и издал разочарованный стон.

— Вставай, сволочь! Вставай!

Судья показал окончание боя.

— Кузя, не переживай, — пытался успокоить друга Фёдор.

— Я из-за этого идиота пять рублей проиграл!

— Не расстраивайся. Зато я выиграл.

— Серьезно? Ты на красного ставил?

— На красного. Десятку. Пойдем отметим? Угощаю.

— Вот за что я люблю тебя, здоровяк, за то, что ты тонко чувствующая натура. Глубоко понимающая и знающая, как поддержать друга в минуту горя.

* * *

— Держи его! Я почти закончил!

— Блин! Плюется, погань резиновая!

— Сейчас, почти!

— Федя, отойди-ка, — Гюнтер повернул к себе голову дворника-кальмара и легонько хлопнул ладонью по небольшому мягкому мешку. Кальмар взвизгнул и обвис.

— Готово! — торжественно заявил Фёдор.

Небольшой воздушный шар стал подниматься над вечерней улицей. Дворник-кальмар испуганно размахивал щупальцами, топорщил разные глаза с круглыми зрачками и верещал на непонятном языке. Гюнтер вытер платком заплеванное черным лицо.

— Мне дядя показывал. У них сбоку мешок, если по нему хлопнуть, их ошарашивает.

— Оч-чень полезная информация, — усмехнулся Фёдор. — Дай, я тебя обниму.

После чего попытался хлопнуть ладонью по уху Гюнтера, но тот ловко увернулся. Тут ниже по улице раздался женский визг, кальмар задергался, безуспешно пытаясь дотянутся до веревок, что привязывали его к летательному аппарату. Раздался свисток городового, Сорока закинул оставшуюся от дворника метлу через забор и, хохоча, побежал с Гюнтером в переулок.

* * *

— Мадемаузельки, — слегка заплетающимся языком произнес Гюнтер, — не желаете провести прекрасный вечер, в приятной компании?

Девушки возмущенно заверещали и увернулись от дружеских объятий курсанта. Тут же рядом возник какой-то хлыщ в элегантном костюме.

— Ты, что, скотина, себе позволяешь! — воскликнул он и толкнул Гюнтера. Парень неуклюже отпрянул и сел на мостовую.

— Господин, вы поосторожнее руками махайте, — подошел ближе Сорока. — А то, не приведи Хранитель, одежду себе испачкаете. Вон цилиндр какой у вас красивый. Жалко будет.

Девушки уже убежали дальше по улице, а хлыщ презрительно скривил губы и сжал кулаки в черных кожаных перчатках. Фёдор широко улыбнулся и приглашающе развел руки, как будто желая обнять мужчину.

— Вижу вы решительно настроены.

— Чего-то мне его рожа не нравится, — заявил Гюнтер, безуспешно пытаясь встать с мостовой.