По следам исчезнувших - Лена Обухова Страница 90

Маша покачала головой.

— Скорее, наоборот. Оказывается, я совсем тебя не знала. Всегда думала, что ты имеешь то, что имеешь, благодаря родителям. А оказывается, что вопреки…

— Ну, не совсем. Они все же многое мне дали. Хорошее образование. Умение пахать, не думая об отдыхе. Болезненное желание быть лучше. Да и блог мой стал популярен во многом благодаря той жизни, которой я жила и которую они обеспечивали. Как бы там ни было, а они вырастили меня успешной, как и хотели. Так что… их подход сработал.

Маша хотела что-нибудь на это сказать. Что-то ободряющее или просто дружелюбное, чтобы как-то сгладить впечатление от своего прежнего поведения с Элизой, но быстро в голову ничего не пришло, а потом на пороге комнаты появился Никита.

— Каменев отправил меня сюда. Сказал, что, пока его и Стаса не будет, нам лучше держаться вместе.

— О, тогда я пошла, пока меня не забыли, — объявила Маша, вскакивая на ноги и оставляя кружку с едва тронутым чаем на тумбочке.

Стаса и Каменева она нагнала уже на крыльце, где они осматривались, оценивая ситуацию. Лампочку над дверью, как и планировалось, включать не стали. Каменев не ошибся: на улице была такая темень, что никто не смог бы заметить, как они выходят. Если только стрелок не прятался в ближайших кустах, тогда он мог услышать.

Когда Маша тоже оказалась у выхода, Каменев только недовольно вздохнул, но останавливать не стал. То ли считал, что уже и так сказал достаточно, то ли просто не хотел лишнего шума. Стас тоже промолчал. Возможно, удивился, но Маша не могла знать наверняка: выражения его лица она не видела.

— Держитесь позади меня и старайтесь не шуметь, — почти шепотом проинструктировал их Каменев. — Если я скажу «назад», бегите обратно в здание, не оглядывайтесь. Ясно?

— Предельно, — за двоих ответил Стас.

И они двинулись к воротам. Маша едва различала своих спутников, но это совсем не утешало. Постоянно казалось, что стрелок где-то рядом, притаился в темноте, слился с ней и ждет подходящего момента. Стрелять, может, и не станет, но если ткнет ножом, никто из идущих рядом и не заметит.

Тем не менее они без приключений добрались до ворот. Глаза постепенно привыкли к темноте и стали лучше различать силуэты предметов, находящихся в непосредственной близости, но Маша все равно не представляла, как Стасу удастся преодолеть сложную верхушку.

— Будь осторожен, — не удержавшись, шепнула она и коснулась его плеча прежде, чем он полез вверх.

— Все будет хорошо, — заверил Стас, и в голосе его была слышна улыбка.

Когда он начал движение, ворота предательски громыхнули, цепь, соединяющая створки, звякнула. Маша от волнения закусила губу и прижала ко рту ладонь, чтобы оттуда не вырвались никому не нужные советы или сомнения.

Она понимала, что в кромешной темноте силуэт Стаса, одетого во все черное, просто не может быть виден издалека, но все равно продолжала ждать выстрел. Потом забеспокоилась о том, что Стас сорвется, перелезая через ограничитель. Ее нервы были натянуты до предела, и в какой-то момент она почти пожалела, что не послушалась Каменева и не осталась в здании.

Однако ничего ужасного так и не произошло. Стас благополучно оказался по другую сторону ворот, а потом, когда до земли оставалось совсем немного, просто спрыгнул на нее. Маша облегченно выдохнула, а Каменев удовлетворенно прокомментировал: