Шёпот Затопленных Святынь - Игорь Патанин Страница 96

— Тоже не спится? — тихо спросил он. — Присоединяйтесь.

Алексей накинул куртку и подошел к костру. Утренний воздух был свежим и прохладным, с легким ароматом горных трав и хвои.

— Бессонница? — спросил Алексей, присаживаясь рядом с профессором.

— Старая привычка встречать рассвет, — ответил Маркос. — В моём возрасте сон уже не такая роскошь, как в юности. — Он улыбнулся, и в полумраке его лицо показалось Алексею особенно измождённым. — К тому же в этих горах есть что-то… особенное. Они словно хотят рассказать нам свои секреты, но только если мы готовы по-настоящему слушать.

Алексей кивнул в знак согласия. Он и сам чувствовал эту странную ауру горных вершин, эту древность, наполненную тайнами и шепотом прошлого.

— Вы давно занимаетесь несторианами? — спросил он, поддерживая разговор.

— Почти тридцать лет, — ответил Маркос. — Когда-то, ещё будучи аспирантом, я случайно наткнулся на фрагмент несторианского текста в библиотеке Оксфорда. С тех пор эта тема не даёт мне покоя. — Он улыбнулся своим мыслям. — Знаете, в несторианстве меня всегда привлекала удивительная способность адаптироваться, впитывать элементы других культур, не теряя своей сути. Они прошли путь от Ближнего Востока до Китая, создавая мосты между цивилизациями, сохраняя и передавая знания.

— Это действительно впечатляет, — согласился Алексей. — Особенно их медицинские познания.

— О да, — оживился профессор. — Они объединили греческую, арабскую и китайскую медицинские традиции, добавили местные травяные рецепты. В своих монастырях они создавали настоящие лечебницы, где заботились о больных независимо от их веры или статуса.

Алексей заметил, как просветлело лицо Маркоса, когда он заговорил о несторианской медицине. В глазах учёного появился особый блеск — не просто академический интерес, а что-то более личное, глубокое.

— Вас особенно интересует их медицина? — осторожно спросил Алексей.

Маркос помолчал, словно решая, стоит ли открываться перед малознакомым человеком. Затем, словно приняв какое-то внутреннее решение, тихо сказал:

— Когда имеешь дело с неизлечимой болезнью, невольно начинаешь интересоваться альтернативными методами лечения.

— Вы больны? — спросил Алексей, хотя ответ был очевиден.

— Редкая форма лейкемии, — ответил Маркос без сожаления, просто констатируя факт. — Современная медицина предлагает лишь паллиативное лечение. Ничего радикального. — Он грустно улыбнулся. — Ирония судьбы: всю жизнь изучать целителей прошлого и не найти исцеления в настоящем.

— Мне очень жаль, — искренне сказал Алексей.

— Не стоит, — профессор покачал головой. — Я прожил хорошую жизнь, полную открытий и приключений. И, кто знает, может быть, в этих горах я найду ответы не только на научные вопросы.

Рассвет уже окрасил вершины в золотистые тона, и первые лучи солнца коснулись лагеря. Тишину нарушили звуки просыпающихся людей — в соседних палатках слышались голоса, кто-то уже разжигал примус для приготовления завтрака.

— Начинается новый день, — сказал Маркос, поднимаясь. — И новые открытия. После завтрака я покажу вам одно интересное место неподалёку. Думаю, вам, как археологу, будет любопытно.

Он направился к своей палатке, оставив Алексея у костра. Разговор с профессором оставил странное чувство. Маркос казался искренним, даже откровенным, но что-то подсказывало Алексею, что учёный не рассказал всей правды. За его интересом к несторианам и их медицине скрывалась какая-то тайна.