Вдыхая тень зверя - Евгения Якушина Страница 214

— Зачем же ему это было надо, если, по вашим словам, он сам его похитил? — скептически спросил Белецкий.

— Самое простое объяснение заключается в том, что украденный Янсонсом и Балыбой венец похитил кто-то третий. Возможно, это сделали Хранители. Связь их с этим делом, в общем-то, просматривается, хотя, признаться, я не могу объяснить их интерес ко мне и охоту, устроенную на меня Фогтом-младшим. Может быть, это какая-то параллельная история.

— Ну, хорошо, — согласился Белецкий. — Допустим, Горбылев идет ва-банк и обращается к вам за помощью, но почему в этот же день в Зубалове вас снова пытаются убить люди Янсонса?.. Янсонс продолжает вас опасаться и решается идти против намерений Горбылева?

— Нет, на этот раз Янсонс натравливает на нас своих псов именно по приказу Горбылева.

— Подождите-подождите, Дмитрий Николаевич! Это нелогично! Горбылев же только-только договорился с вами о помощи. Зачем ему вас убивать?

— Из-за неудавшегося убийства Дульского.

— Почему вы решили, что старика должны были убить?

— Потому что к нему приходил невидимка, но не застал. Дульский неожиданно уехал в Москву, что его и спасло. А вот взломщику, охотившемуся за бумагами революционного Мафусаила, повезло меньше.

— Я все равно не понимаю, почему в нас стреляли.

— Горбылев хотел убить Дульского, поскольку тот знает нечто такое, что может поломать игру Горбылева или как-то выдать его. Старик и нам мог это рассказать.

— Но не рассказал! Вот ведь упрямый хрыч!

— Напрасно ты его ругаешь, Белецкий. Скорее всего, Дульский не имеет понятия о том, какими опасными сведениями располагает. Да и мы, видать, не задали ему нужного вопроса.

— Предположим, что так… Но как вы объясните дальнейшие события? Почему Горбылев разделался с Герцогом и Балыбой?

— Герцог был той ниточкой, что тянулась от заговорщиков к Горбылеву, поэтому он был обречен с самого начала. А Балыбу, да и Янсонса скорее всего, Горбылев ликвидировал после того, как я высказал свои подозрения — уверен, что верные — об их участии в краже венца. Горбылев испугался, что, возьми Трепалов этих типов в оборот, они бы выдали своего начальника.

— Выходит, Горбылев позвал вас на свою голову, — резюмировал Белецкий.

— Выходит! Только и наши с тобой головы оказались в закладе, — невесело усмехнулся Руднев. — Горбылев не рассчитал. Он надеялся, что я стану копать в сторону последнего похитителя венца, а я раскрыл его же собственные козни и тем сделался для него опасным. Но он, надо отдать ему должное, сориентировался исключительно быстро и ловко направил наше знание против нас. Благодаря свидетельству госпожи Жемчуговой мы узнали про Герцога, и Горбылев подсунул нам фальшивые записи на стене, придав им вес с помощью вполне реальных документов. Отправленного в расход Балыбу он заменил Строкиной, которую позже по какой-то причине также приказал ликвидировать.

— А что в доме Строкиной делал Янсонс? — спросил Белецкий.

— Не было никакого Янсонса! Был ряженый в костюме горца, которому предстояло пустить дознание по ложному следу. Образ человека в черкеске и папахе, в котором реальный Янсонс явился к Балыбе, оказался таким ярким, что грех было им не воспользоваться!

— А зачем Янсонс приходил к Балыбе?

— Возможно, после смерти Герцога он догадался, кто направляет руку убийцы, и стремился предупредить подельника. Возможно, хотел договориться о показаниях, которых в случае чего следовало придерживаться. Мало ли? Думаю, правды мы никогда уже не узнаем. Да и неважно это…