Узник - Максим Мацель Страница 83

— Ближе к делу, Пётр Романович.

— Куда уж ближе? Вот я и гутарю, что объявились эти поляки, чтобы своим напрямки помогать. Золота они много из Польши своей приперли. Понятное дело, всяк своей родне ссылку облегчить желает. А тати наши про то прознали и поработать их удумали. Как-то утром нашли мы с десяток ворюг петербургских зарезанными. Так и познакомились.

— И что же вы, так их и оставили без наказания?

— А пошто их наказывать? От них только польза. Они от тех лихих людишек, что без пределу произвольничать удумали, замест полиции город вычищают. После еще пару раз ворам кровушку пускали. А уж через полгода сговорились с нашими Иванами.

— Какими Иванами?

— Это воры так своих главарей меж собой окрестили. Да и нельзя им без воров-то. Не самим же им по Сибири колесить. Через воров и передают деньги. Понятное дело, Иваны свою мзду снимают. А так все в целости доходит. Попробуй обмани тех поляков, враз без головы останешься! Да и чего ради? Прибыток ворам знатный от них. А после еще две волны ссыльных привалило. Вот и сейчас после польского восстания Костюшкиного до сих пор идут. Поляки те первые уж сменились. Время-то течет. Один и вовсе своей смертью тут помер. Другие за них приехали. Помоложе. Только это ничего не меняет. Такие же отчаюги! На одном месте не сидят. Что зайцы, следы путают.

— Как же ты их сейчас сыскал?

— Понятно как! Через лихих людишек. Вон их дом-то, ваше благородие. Вы один идите, я на улице обожду. С богом!

Стоило Стасу переступить порог, как в его горло уперлось острие ножа.

— Не спешите, милостивый государь! – услышал Стас в темноте. – Для начала повязку на глаза повяжите. – Ему протянули черную тряпицу.

— Вы можете меня не опасаться, – ответил Стас на польском, но повязку все же повязал, так как неизвестный надавил ножом сильнее.

— Это уж позвольте нам самим решить, – ответили ему также на польском. – Вы поляк?

— Да.

— Что вам угодно?

— Я прибыл от короля.

— Короля больше нет! Или вы не знаете о его отречении?

— Хорошо. Тогда считайте меня посланником от Костюшко.

Повисла пауза.

— Присядьте, – предложил неизвестный, и Стаса провели в комнату и усадили на стул. – Повязку пока оставьте. Чем вы подтвердите ваши слова?

— Прошлой зимой Тадеуша искал ваш приятель пан Загорский.

— Не знаю такого.

— Может, вам в таком случае знаком пан Осмоловский?

Снова пауза.

— Что вы знаете об Осмоловском? – задали Стасу очередной вопрос.

— Его арестовала Тайная экспедиция. Полагаю, его уже нет в живых.

В комнате кто-то негромко выругался.

— Когда это произошло?

— В прошлом году. В феврале, – ответил Стас.

— Что сталось с деньгами?

— Экспедиция обыскала дом. Все ценное увезли. Однако, я считаю, денег они не нашли.

— Почему вы так думаете?

— Они продолжают следить за домом и устраняют всех, кто как-то был связан с Осмоловским.

— Откуда вам все это известно?

— Я сам служу в Тайной экспедиции.

— И у вас хватило глупости сунуться сюда? Вы уверены, что выйдете от нас живым?

— Не уверен.

— Как ваше имя?

— Станислав Булат.

— Вы умалишенный, пан Станислав?

— Я весьма ограничен во времени, панове, и буду вам крайне признателен, если вы избавите меня от пустых разговоров. Я сам бежал из-под ареста и обязан вернуться назад до утра, чтобы не подвести под плаху солдата, так любезно предоставившего мне свой мундир, – с некоторым раздражением произнес Стас.