Книга для тех, кому нравится жить, или Психология личностного роста - Николай Козлов Страница 66

• Вопрос, конечно, интересный.

Мужчина обычно с трудом находит убедительные (для жены) слова, объясняющие его решение уйти. "Что тебя не устраивает, скажи, что тебе еще нужно?" — обвинительно плачет жена. Но: а почему он ищет аргументацию, доказывающую необходимость разъезда? Пусть лучше жена будет искать аргументы, убедительно показывающие интерес для него, свободного человека, вечером приходить именно к ней. Я против разводов. Разводиться не нужно вообще: нужно просто приходить вечером туда, куда ты сегодня прийти решил.

• Я обычно прихожу к себе домой, где меня ждет жена. То есть женщина, чьи глаза мне нежны и чья забота мне приятна.

Вы — жена и хотите поднять мужа с дивана на подвиг участия в домашнем хозяйстве. Более того, неплохо было бы сделать это не разово, а прямо-таки постоянно. От вас требуется:

1. Исходить из его интересов: вы заботитесь о нем.

• И даже когда вы заботитесь о себе (а это обязательно!), вы все равно заботитесь о нем.

2. Быть эмоционально открытой, чтобы муж вам мог верить и знал, что подвохов здесь нет.

• Для убедительности допускается даже дозированно на мужа порычать, особенно безобидно. Да, и сюда же снова — нескрываемая забота о себе. А вы что, не человек, что ли?

3. Мужа любить и не скрывать этого.

• А чего скрывать, если он вам нравится?

4. Формулировать открыто и четко: суть проблемы, что вы хотите от него и что готовы сделать сами.

• Возможный диалог заранее продумайте и проиграйте: "Я говорю ему, он — мне… Тут он отвертится так, но я ему на это…" И так далее, не представляя его скотиной, но и не оставаясь наивным романтиком.

5. Инициативу захватить, курс держать, разговор завершать чем-то конкретным.

• Определите для себя, что вам конкретно нужно, поставьте это как свою цель и при любом повороте разговора не теряйте этой цели из виду.

В качестве эмоционального фона приветствуется: здоровая бодрящая агрессивность, вежливая деликатность, мягкая теплота. Естественно, категорически исключаются любое раздражение, вредные уколы, тупые наезды и вялая беспомощность. Итак:

— Я считаю ненормальным, если я не могу вкусно покормить моего любимого мужа, тем более, слава Богу, с аппетитом, как и со всем другим, у него все в порядке. Но за картошкой и за сметаной надо ходить в магазин, а дома надо еще прибраться и заштопать мужу носки, а сыну — куртку (он драчун, как и ты).

• Тут можно любовно поерошить его шевелюру.

Короче, если ты не хочешь, чтобы твоя любимая жена начала у тебя раньше времени кусаться, у меня к тебе просьба-предложение. Первое: тяжелые покупки на тебе. То есть на рынок мы идем вместе, я все что нужно закупаю, а ты будешь моим насильником. Я правильно сформулировала?

• Такая формулировка большинству мужчин почему-то кажется очень удачной.

Второе: суббота с утра будет хозяйственным днем. Намечаем, что надо сделать, и все вместе быстро делаем. Если мы заведем такую традицию и утро будет общесемейным хозяйственным, к этому можно будет подключить и детишек. Они не будут маяться дурью и будут учиться у тебя.

• А я знаю, что его это беспокоит.

— Ну, наверное.

— Когда мы это скажем нашим бойцам?

— … А что ты планируешь сделать в эту субботу?

Ну вот и начался предметный разговор.

Народ в Синтоне, конечно, классный. Если бы он всегда оставался таким и вне Синтона! — этот немного печальный мотив звучит уже много лет. А проблема в следующем… У многих синтоновцев на уровне условного рефлекса закрепилось: входишь в Синтон — улыбка, доброжелательность, мы все друг другу рады и далее общее плавание в царстве любви, но вот занятие закончилось, из двери выходим: "Ты че? А ты кто такой?!" — на улице звучат интонации улицы.

• Да, не у всех, не всегда и не всегда явно — но…

Но факт остается фактом: Синтон — Синтоном, а жизнь — жизнью. Где-то это разделение исключительно понятно и глубоко оправданно: ты преисполнен радостью и готов обнять весь мир (в синтоновской атмосфере), но если ты с восторженно распахнутыми руками налетишь на пожилую тетю поздно вечером на одинокой остановке, то получишь как минимум сумкой промеж глаз.

• Потому что это уже не Синтон, милок!

Но грош цена была бы Синтону, если бы он учил жизни только в Синтоне. Если мы привыкли видеть в человеке человека только в тренинговом зале, под музыку и текст ведущего, а за его пределами вдруг никто никому не нужен или в чей-то адрес звучат едкие насмешки, если в группе мы все братья и сестры, а группа разошлась — полилось злословие и начинаются разборки "кто чей парень и убери от него руки", то…

• То воспитательный процесс не завершен.

А самое главное, народу самому хочется и интересно: а как это, пожить по-синтоновски не только в Синтоне, а в реальной жизни? С утра — до вечера? В окружении проблем не игровых, а самых что ни на есть реальных? Возможно ли это? Реально ли это? Чего мы действительно стоим? Так родилась идея сделать свой, летний синтоновский монастырь.

• Замечу для неспециалистов по истории религии, что сама по себе идея монастыря с православием конкретно и какой-либо религией вообще напрямую не связана. Всегда были люди, которые были убеждены: "Неправильно мы живем! Не по правде!", но не скулили, а находили сторонников и строили жизнь свою. Ничего не разрушая, уходили, делали свою общину и жили жизнью той, которая им казалась правильной. Если мы верующие — жизнью божеской, строя преддверие Царства Божия на земле. Так и образовывались на Руси монастыри.