Луковая ведьма - Полина Луговцова Страница 10

В этот момент дверь распахнулась, и между ними стремительно прошагала Алена Анисимовна, направляясь к коробкам с реквизитом. Копаясь там, она бросила им через плечо:

— Ну что, как успехи, юные дарования?

— У нас все по плану, репетируем! – голосом прилежной ученицы ответила Лиза, часто хлопая ресницами.

— Правда? – недоверчиво усмехнулась вожатая, вываливая на пол пестрое содержимое коробок. – А мне показалось, что кто-то тут у вас мечет громы и молнии. На весь корпус было слышно!

— Да просто я помогаю Николаю войти в роль, он играет Лешего. – Лиза и бровью не повела, словно не догадывалась, что вожатая сделала ей замечание.

— И это действительно неоценимая помощь! Если я доживу до премьеры спектакля, то нас ждет триумф! – ядовитым тоном отозвался Колька, но вожатая, казалось, не заметила его иронии. Судя по всему, ее что-то беспокоило.

— Вы, случайно, не видели маску Кикиморы? – спросила она, поворачивая к ним раскрасневшееся лицо и вытирая тыльной стороной ладони струящиеся по щекам ручейки пота.

— Да тут полно всяких масок! – Лиза растерянно пожала плечами. – А какая она?

— Ну такая жуткая резиновая морда с висячим носом. На носу – большая черная бородавка, кривые зубы наружу торчат, волосы из джутовых ниток и мочала. Не видели? В прошлом сезоне я своими руками ее в эту вот коробку положила вместе с костюмом, даже подписала, что это кикимора. Но теперь здесь совсем не то! Сюда засунули костюм медведя. Куда делась «кикимора», ума не приложу! Кто-то тут похозяйничал и все перепутал!

— Но это не мы, – произнесла Лиза, провожая взглядом разлетавшиеся вокруг вожатой вещи – парики, маски, сценические костюмы и различные предметы, определить предназначение которых с первого взгляда было трудно.

— Да верю, верю, что не вы! Ну, может, позже маска сама найдется. Попробуем решить проблему с помощью грима, хотя вряд ли это поможет создать по-настоящему эффектный образ. Даже не знаю, как будем выкручиваться… – Выпрямляясь, Алена Анисимовна разочарованно выдохнула и стряхнула с себя пару прицепившихся к одежде цветных ниток. – Что ж, пойду, пожалуй, не буду вам мешать!

Запихав вещи обратно в коробки, она удалилась, оставив Колю и Лизу наедине, и лукоморские баталии вскипели между ними с новой силой. В результате Колькино самолюбие было уязвлено до такой степени, что он твердо решил больше не посещать театральный кружок. И хотя он понимал, что его отказ наверняка вызовет гнев Алены Анисимовны, это казалось ему гораздо меньшим злом.

А ночью Кольку разбудил истошный крик, доносившийся с той стороны, где находились комнаты девочек. Все мальчишки соскочили со своих кроватей и высыпали в коридор. Колька последовал за ними, но не успел выйти из комнаты: появилась Алена Анисимовна с сердитым заспанным лицом и загнала всех обратно.

— Ничего не случилось, просто кому-то из девочек приснился дурной сон, с кем не бывает! – сообщила она, отвечая на посыпавшиеся со всех сторон вопросы. Только вот при этом у нее был слишком уж встревоженный вид, Колька видел по ее глазам, что она что-то скрывает.

Наутро выяснилось, что ночной переполох устроила Лиза. Увидев ее в столовой, Колька поразился тому, насколько потухшей и бесцветной она выглядела, словно приснившийся ей кошмар все еще стоял у нее перед глазами. Она нехотя ковыряла вилкой свой омлет, методично раздирая его на мелкие кусочки, и Колька не заметил, чтобы она хоть раз поднесла вилку к губам. После завтрака он нагнал Лизу по пути к корпусу и начал болтать обо всем подряд, надеясь разговорить ее. Она перебила его и, взглянув на него покрасневшими от бессонной ночи глазами, произнесла трагическим голосом: