В Рождество звезды светят ярче - Софи Жомен Страница 101

— Здравствуйте, Жанин, с Рождеством вас! Все в порядке?

Секретарь чуть заметно качает головой.

— Александр ждет вас в своем кабинете. Немедленно!

Немедленно? Мда, день, начинавшийся так хорошо, готовит ей неприятный сюрприз…

— Вы знаете, в чем дело?

— Думаю, лучше вам поговорить об этом с ним самим.

— Что ж, уже иду!

Алекс сидит за своим рабочим столом, обхватив голову руками. Он в который уже раз перечитывает лежащий перед ним материал. Рядом с ним стоит Жаклин Риар.

— Жаклин, – спрашивает он, поднимая голову, – вы уверены, что мы совершенно неуязвимы?

— Настолько, насколько это возможно, – отвечает заведующая отделом кадров. – Уже месяц ее поведение вызывает вопросы, но случившееся вчера доказывает, что наши действия нельзя будет оспорить.

Александр не отвечает. Внешне он вполне спокоен, холоден, сдержан, но внутри у него все кипит. Принимать такие решения всегда нелегко. Ему уже приходилось поступать так в качестве руководителя, но в «Галерее» это будет впервые.

Сначала он спрашивал себя, не продиктовано ли его решение чем-то еще, помимо сугубо профессиональных соображений, например раздражением и злостью последних дней. Но он хорошо знает, что то, что подталкивает его к принятию этого решения, неоспоримо. Хотя само решение ему отвратительно.

Стук в дверь, входит Агата Мурано. При всей серьезности положения от красоты оформительницы у него захватывает дух. Сегодня она сумела подать себя особенно броско, настолько, что он даже забывает на какое-то мгновение, зачем ее вызвал.

— Вы хотели меня видеть? Здравствуйте, Жаклин.

Заведующая отделом кадров молча кивает, Александр указывает ей на кресло с другой стороны стола.

— Садитесь, мадемуазель Мурано.

Агата садится. В кабинете гендиректора становится тихо, как в церкви.

Не надо заканчивать высшее военное училище, чтобы понять, что положение на поле боя хуже некуда. Вызов «на ковер» к главному начальнику с утра пораньше, да еще в присутствии заведующей кадрами, редко предвещает добрые вести.

— Мадемуазель Мурано, – начинает Александр, – я вызвал вас сегодня утром в присутствии мадам Риар для разговора, предшествующего дисциплинарной санкции.

Он делает паузу и наблюдает за Агатой. Та сидит, не мигая, белая, как лист бумаги.

— Дисциплинарная санкция? В связи с чем?

— Можете объяснить нам, что вы делали на складе вчера во второй половине дня?

Агата как по команде краснеет, даже багровеет, откашливается и пускается в объяснения:

— Полагаю, вам это и так известно, месье Артман. Я ездила туда за елочными шарами для сегодняшней лотереи.

— Как так вышло, что они еще оставались на складе?

Агата опускает глаза.

— Я забыла организовать их доставку.

— Это произошло по оплошности или в связи с вашим внезапным необъяснимым отгулом?

Сказав это, он сразу спохватывается, что напрасно смешал все в одну кучу, но отступать уже поздно. Агата храбро выдерживает его взгляд.

— Я дала исчерпывающие объяснения, месье.

— Неважно, – вмешивается Жаклин Риар, – нас заботит не это.

— Что же тогда заботит? – начинает закипать Агата. – Что мне удалось все исправить и сегодняшний день не был испорчен моей оплошностью?

Вопрос обращен к нему. Их взгляды скрещиваются. Алекс, немного помедлив, открывает лежащую перед ним папку.

— Передо мной полицейский протокол, составленный по жалобе охранной компании, стерегущей склад. А вот вторая жалоба, уже от «Галереи Артман».