Когда оживает сердце - Ханна Бейли Страница 101

Наконец, спустя несколько самых долгих в моей жизни минут она тихонько проскальзывает в темную спальню и идет к своей стороне кровати. Видимо, считает, что я сплю. Сейчас бы притвориться, что так и есть, и ничего не объяснять.

Сесиль ныряет под простыни, укладывается на мягком матрасе, слегка выпятив попку, и я, недолго думая, перекатываюсь на бок, притягиваю ее к себе, обхватываю рукой теплую грудь и довольно урчу.

— Ты не спишь? – шепчет она.

Вот черт. Врать ей я не могу.

— М-м…

— Все хорошо? – Она накрывает мою руку мягкой ладонью.

— Идеально, – бормочу я, уткнувшись в ее мокрые волосы. – Ты ходила в душ без меня.

— Я думала, ты уснул. – Она все еще шепчет, словно боится разбудить кого-то еще. – Или хочешь побыть один?

— Хочу быть с тобой.

— Ну, я уже здесь.

— По поводу дерьма, которое я вылил на тебя по дороге…

— Если не хочешь, давай не будем, – перебивает она. – Мне не обязательно знать твое прошлое во всех подробностях, чтобы понимать тебя и любить.

— Но ты о своем рассказала все. Так что спрашивай что хочешь. – Едва договорив, начинаю жалеть о своем предложении. С другой стороны, если уж откровенничать, так лучше в постели в три часа ночи слегка под хмельком.

— Рыжий сказал, что ты не был на родео с тех пор, как умерла ваша мама. Почему ты пришел сегодня?

Прижимаясь губами к ее затылку, напоминаю себе, с чего начался разговор. С Саванной я держал дистанцию. Наверное, поэтому она и не воспринимала наши отношения всерьез. Не собираюсь наступать на те же грабли с Сесиль.

— Потому что там была ты, – отвечаю я не задумываясь, потому что все действительно вот так просто. – Я соврал тебе. Я опоздал не потому, что у меня было много работы… то есть работа, конечно, была, однако я вполне мог отложить ее на завтра. Я просто сомневался, что смогу выдержать родео от начала до конца. Понимаешь, когда дедушка и мама были живы, всей нашей жизнью были ранчо и родео. Я боялся, что вернуться туда будет чересчур тяжело – слишком много воспоминаний. Но с тобой все вышло так естественно… будто пластырь сорвали.

Сесиль переворачивается и целует меня, прежде чем я успеваю возразить против смены положения. Пальцы гладят мою бороду, я чувствую улыбку на ее губах.

— Спасибо, что пришел сегодня.

— На родео или на конюшню? – ухмыляюсь я. От одной мысли о том, что мы вытворяли в стойле, кровь приливает к паху.

Она кладет ногу на меня, и голая киска прижимается прямо к бедру. Как же прекрасно, что вместо пижамы она стала надевать мои футболки.

— Я знала, что ты не ударишь меня. – Сесиль задумчиво перебирает волосы на моей груди. – Ты – не он.

— И все же я напугал тебя. Не так сильно я отличаюсь от него, как хотелось бы.

— Нет, Остин.

Она извивается на мне. Ее близость и нагота сводят с ума. Из последних сил я стараюсь сосредоточиться на словах.

— Ты гораздо лучше! Ты внимательный и заботливый…

Ее губы льнут к моим.

— Сильный.

Она кусает мочку уха.

— Бескорыстный и преданный.

Покрывает поцелуями грудь, покачивая бедрами.

— Ты доставляешь мне такое удовольствие, какого еще никто не доставлял!

Она жадно целует меня, хватая рукой член.

— Я люблю тебя, Остин.

Наконец, она падает на меня всем весом и прижимается так, что наши тела почти сливаются воедино. Мои руки скользят по гладкой коже, наши губы соединяются в неспешном, вдумчивом поцелуе.