Ушла в винтаж - Линдси Левитт Страница 103

Уже в машине до меня доходит, что адрес-то у меня есть, а маршрута нет. Только мамин навигатор – единственная вещь, кроме моего мобильника, разумеется, с помощью которой я умею искать дорогу. Я кладу руку на руль, и взгляд мой падает на ниточку на пальце, синюю и уже изрядно потрепанную. Оливер бы сейчас так не нервничал, он всегда собран за рулем.

Какое-то время я просто сижу, пытаясь успокоиться. Мамин выбор – это ее дело. Нет смысла кипятиться из-за этого сейчас, когда я вся такая свежая, надушенная и напомаженная, собираюсь… на школьное мероприятие. Да, на школьное мероприятие. Поэтому я поступаю так, как поступила бы на моем месте любая девушка в 1962 году – еду на ближайшую заправку и прошу их составить мне маршрут. На бумаге.

Дом Оливера находится в Старом городе Оринджа – крупнейшем, как мне кажется, сохранившемся историческом районе в наших местах. Церковь, библиотека, почта выглядят точно так же, как десятилетия назад. Неподалеку находится университет Чапман, и часть домов сдается студентам, но все участки поддерживаются в порядке: раскидистые деревья, подстриженные лужайки.

Дом Оливера серый с красной черепичной крышей – ремесленный стиль, как сказал бы мой отец-риэлтор. Небольшие размеры с лихвой компенсируются особым очарованием. Наш типовой дом больше, но выглядит как любой другой дом в квартале.

Оливер сидит – о господи, я не шучу – в кресле-качалке и что-то вертит в руках. Сердце мое замирает, потому что сначала мне кажется, будто он обстругивает деревяшку, ожидая, что я сейчас пойду шелушить зерно и присоединюсь с его нехитрой жизни из прошлого. Только это не деревяшка. А ниточка. И тут я понимаю кое-что еще.

Я в доме Оливера Кимбола. Одна.

Он реанимировал свою футболку с надписью «ПЕРСОНАЛ», но над облупившимся принтом вывел черным маркером «Группа поддержки». Он улыбается, явно ожидая моих комментариев. Разумеется, я ему такого удовольствия не доставлю.

— Даже не представляла, что ты живешь в таком месте, – говорю я.

— Мы снимаем. Когда родители развелись, мама решила найти что-нибудь небольшое и колоритное. Я уверен, под нашим домом живет огромная крыса. Но маму волнуют только соседи и ее сад.

— А меня порой удручает наше скучное однообразное соседство.

— Но у тебя настоящий гараж. А у нас какой-то хлев. – Оливер склоняется над верхней ступенькой. Даже сутулость ему к лицу. – У тебя щеки раскраснелись.

Я дотрагиваюсь до лица:

— Да пришлось поколесить. Еле нашла твой дом.

— Правда? Ты здесь уже давно живешь и так плохо знаешь местность?

— Мне всегда выстраивал маршрут мой телефон, так что я не особо вникала.

— А что, навигатор тебе не помог? – он посмеивается, качая головой. – Или ты таким не пользуешься?

— Сейчас нет.

— А вчерашний Friendspace не считается?

Мои раскрасневшиеся щеки становятся пунцовыми:

— Это был минутный порыв.

— Ты точно не больна? – Оливер кладет руку мне на лоб. Чувствуя прохладу его ладони, я с удивлением понимаю, какая я горячая. Разгоряченная от впечатлений. Но не больная.

Я отталкиваю его: прикосновения – не лучшая идея.

— Просто день выдался долгий.

— Сейчас только четверть второго.

— Знаю. За одно утро много чего может произойти.

— Хочешь поговорить об этом?

Я мотаю головой. Но на самом деле конечно хочу. Я только что обнаружила, что моя мама – королева скидочных купонов, а еще познакомилась с тетей, о существовании которой и не подозревала. Но это совсем не то, что он имеет в виду и чего хочет. Мы подружились недавно, и я уже столько раз раскисала в его присутствии. Зачем ему знать еще и об этих моих проблемах?