Луковая ведьма - Полина Луговцова Страница 103

Тим устало вздохнул, уселся на землю рядом с одной из могил и, прислонившись спиной к кресту, вытянул ноги, а руки, зудевшие от царапин и крапивных ожогов, закинул за голову. Вот и все, день закончился, пора сворачивать поиски. Перед тем как отправиться в обратный путь, к остановке, он решил позволить себе небольшой отдых – минут десять, не больше. По ощущениям, время близилось к восьми вечера, и он должен был успеть к последнему автобусу, который отходил в девять. Едва он расслабился и прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и шепотом трав, его покой потревожил внезапно прорезавшийся голос совести, напомнивший о том, что родители наверняка волнуются и ему следовало позаботиться о том, чтобы зарядить телефон перед тем, как ехать сюда. Правда, отец может легко разузнать номер телефона Тамары Андреевны и позвонить ей, для этого ему достаточно забить в поисковике известного ему сайта адрес дома, где Тим снимает комнату, и он найдет нужное объявление с контактами хозяйки, а та расскажет ему, что видела Тима живым и здоровым совсем недавно. Тим очень надеялся на то, что отец так и поступит, а не помчится в Чернолучье и не станет заявлять в полицию о его пропаже, однако уверенности в этом у него не было.

Внезапно Тим насторожился, расслышав в шелесте травы, трепетавшей на ветру, посторонний шорох. Открыв глаза, он увидел чью-то тень, маячившую на земле рядом с ним. Позади него кто-то был. Силуэт принадлежал женщине, очень худой и, скорее всего, немолодой.

Тим поспешно вскочил на ноги и едва не налетел на Люсю, мечтательницу из специнтерната. Она стояла, склонившись над могилой с букетом васильков в руках. Заметив Тима и при этом даже не вздрогнув, словно ей было заранее известно о его присутствии, она спросила:

— Ты тоже ее знал, сынок?

— Ф-фух! Ну вы меня и напугали! Так бесшумно подошли! – с облегчением выдохнул Тим.

— Так тебе спасибо, сынок, проторил дорожку! – В голосе Люси слышалась искренняя благодарность. – Обычно-то сюда непросто добраться, я потом еще долго вся исцарапанная хожу. Царапины на стариках плохо заживают. Лишний раз даже идти не хочется, а кто еще, кроме меня, цветочков свежих на могилку принесет? Вот, увидела, что ты на кладбище направился, дай, думаю, схожу по свежим следам! Прямо повезло мне, что ты как раз к этой могилке пришел. Наверное, здесь родственница твоя?

Тим замялся, раздумывая, стоит ли открыть Люсе правду или лучше что-нибудь соврать. Вероятно, та расценила его молчание, как знак согласия, и продолжила, горестно заломив руки:

— Несчастная она была женщина! Никого не любила, даже себя. Жаловалась, что всю жизнь была одинока, но это вранье. У нее были дети, две девочки и мальчик, но она от них отказалась, я прочитала об этом в ее карточке. А кем она тебе приходится? Бабушкой, наверное?

— Вы говорите о Федоре?! – потрясенно воскликнул Тим, устремляя взгляд к кресту. Таблички там не было. Присев на корточки, он обшарил заросли и нашел ее, ржавую и погнутую, застрявшую в ветвях чахлого кустика, подпиравшего крест сбоку. Смахнув с таблички пыль и паутину, Тим прочел:

Громова

Федора Семеновна

10.11.1956-11.08.1995

— О ней. – Люся кивнула, глядя на васильки, рассыпавшиеся по заросшему травой холмику. – Только ее здесь нет.

— Как это «нет»?! – опешил Тим.