Это все монтаж - Лори Девор Страница 104

— Я знаю, что ты трахаешься с Генри, – говорит он.

Мне стоит всех сил не отшатнуться от него.

— Что? Почему ты это говоришь?

— Туалет в аэропорту? – говорит он. – Довольно смело, Жак.

Меня удивляет его прищуренный взгляд, внезапно куда более острый, чем я замечала. Сжимаю губы и всматриваюсь в него. Камеры фиксируют каждую секунду.

— Ты от меня многое скрывал.

— С тобой хотя бы весело, – говорит Маркус, – но серьезно, из всех вариантов – Генри?

— Мне нужно уйти домой.

— Да ни за что, – отвечает Маркус, сохраняя приятное выражение лица, чтобы съемочная группа ничего не заподозрила.

— Значит, ты и вправду козел, как писали в интернете, – шепчу ему в ответ.

— Или герой, – отвечает он. – Зависит от точки зрения.

У меня по спине пробегают мурашки. Я понимаю, насколько все это время его недооценивала. Каждый его шаг был просчитан наперед, как и говорил Генри, а теперь моя судьба в его руках.

Гул дрона стихает. Через несколько секунд все взгляды снова будут обращены к нам.

— Ты же меня даже не хочешь, – говорю я. Это и вопрос, и утверждение.

— Я не решил еще, – отвечает он. – В джакузи мне с тобой очень понравилось.

— Окей! На этом все, – кричит Джанель, – давайте убираться отсюда к чертям.

Маркус наклоняется и снова меня целует. Мне даже в голову не приходит отвернуться.

За окном, под усыпанным звездами небом, в свете полной луны, лениво покачиваются пальмы.

— Жак, ты меня вообще слушаешь?

Я медленно поворачиваю голову и смотрю на Генри. Мы с ним возвращаемся в основное здание курорта, к которому относится наша вилла, сидим рядом на пассажирских сиденьях черного седана, за рулем – один из мексиканских ассистентов. На мне оранжевое платье с опасно высоким разрезом сбоку, которое я купила онлайн за двести долларов.

— Что? – спрашиваю и сама себе кажусь пьяной.

Генри поворачивается и смотрит прямо на меня. Я замечаю, что он не пристегнут, и никак не могу выбросить эту деталь из головы.

— Все в порядке? – спрашивает он. Я судорожно думаю, что могу ему ответить при работающем микрофоне.

— Ага, – говорю, обнаружив только тупик. – Я в порядке.

— Это из-за Чикаго? – спрашивает он, и я понимаю, что он имеет в виду: «Это из-за меня?» Усмехаюсь.

— Нет, – говорю я холодно и отворачиваюсь от него. – Дело не в Чикаго.

Стол для нашего с Маркусом романтического ужина накрыт на балконе ресторана с видом на лагуну. Все столики здесь из лакированного дерева, стулья – плетеные, и атмосфера в целом весьма расслабленная.

Когда мы приходим, Маркус смеется над чем-то с Джанель. Его взгляд загорается при виде меня, и я впервые осознаю, что причина этому – не какие-то романтические чувства. Просто он сгорает от нетерпения, дождаться не может всего веселья, которое ему доставит играть со мной в свои игры.

— Как тебе сегодняшнее свидание? – спрашивает он, когда камеры начинают снимать. Он небрежно берет с подноса перед собой устрицу, как будто забыл о правилах. Как будто нам можно есть под камерами. Он отделяет тело от раковины и жадно его всасывает, запивая большим глотком белого вина.

Я тихо сижу и наблюдаю за ним, чувствуя себя будто животное, прячущееся от хищника, но быстро прихожу в себя, когда он опускает створку раковины обратно на стол.

— Весьма познавательно, – наконец отвечаю я.