Тайна из ларца - Наталья Николаевна Александрова Страница 104

Так что Леня по приходе домой был приятно удивлен запахами, исходившими из кухни. Лола приготовила мясную запеканку и навертела рулетики из баклажанов с грецкими орехами. Баклажаны тетя Каля называла синенькими и уж их научила Лолу готовить в разных видах!

И вот, когда Леня доедал вторую порцию потрясающих рулетиков, позвонила Ирка.

— Ну? – Лола на всякий случай удалилась в свою спальню. – Выяснила что-нибудь?

— Ага, – торопилась Ирка, – значит, Генка Субботин был мелким бизнесменом, подвизался в строительном бизнесе…

«Не наврал…» – подумала Лола.

— Потом грянул кризис, Генкина компания разорилась, и он болтался кое-где…

«Тоже не наврал», – удивилась Лола, – а вслух спросила: – А ты откуда про него знаешь?

— А я не только про него, я про многих, – похвасталась Ирка. – Ты же меня знаешь… а тут все вообще просто. У Машки Васильевой знакомая баба работает в строительной компании «Комплекс». Так вот, наш Геночка как раз туда недавно устроился на работу. Должность у него так себе, небольшая, решил, видно, работать по найму – если разорится компания, с него взятки гладки.

Дальше про Жанку. Тут уж я сама все выяснила про театр на Фонтанке. Оказывается, там сменился главный режиссер. А тот, прежний, на пенсию вышел или уехал работать по контракту – не важно. Важно, что пришел новый, молодой, с амбициями. А Жанночка сразу-то не разобралась – начала нахально с ним себя вести, мол, я вся такая из себя… Короче, он потихоньку репертуар меняет, и Жанке в его пьесах ролей нету. И не по вредности характера так делает, а просто не подходит она. Ну, другое все у него… Нам ли с тобой не знать…

— Ясно… – Лола вспомнила, какими глазами смотрела на нее Жанка, когда тот еще, прежний главный, предложил ей роль Мери в пушкинском «Пире во время чумы». Неужели Жанка из-за этого так на нее разозлилась?

Лола вспомнила, как пела она песню Мери, как в пустом зале нежным серебряным колокольчиком звучал ее голос… да, Жанке нипочем так не спеть.

И Лоле друг безумно захотелось в театр. Снова вдохнуть запахи кулис, увидеть свет, услышать аплодисменты. И играть, играть, отдавать себя всю, самовыразиться, оставить на сцене частичку души…

— Эй, Олька, ты что там, опять о театре размечталась? – позвала Ирка.

— Откуда ты знаешь? – от неожиданности выдохнула Лола.

— Да сама иногда так задумаюсь. Ну, слушай дальше. Значит, Жанночка не растерялась, не стала скандалить и интриговать, поняла, что не поможет. И решила уйти красиво, на пике, так сказать, славы. Окрутила этого самого Ландышева, он в нее втрескался по уши, предложил замуж выйти, она и согласилась. И всем рассказала, что это он условие такое поставил – из театра ей уйти.

Кстати, тому режиссеру она жизнь подгадила качественно, работать не давала: то комиссии какие-то присылают, то денег не дают на постановку, спонсоров он нашел – на них сразу наезд по полной программе. Короче, уволился он по собственному желанию и уехал куда-то в провинцию, от нашей Жанночки подальше.

— Стерва! – резюмировала Лола.

— Угу, а в институте мы ее не так оценивали. Дура, думали, и хамка, вся на виду. Теперь слушай дальше. Значит, Ландышев этот – бабник ужасный. Он на Жанке-то женился, поскольку она тогда была вся из себя звезда и не хотела с ним просто так спать. Но привычек своих он не бросил, то есть по бабам по-прежнему бегает. Жанка, ясное дело, недовольна была, скандалы ему устраивала, так он ей сказал, чтобы сидела тихо, а не то выгонит в шею в чем есть, то есть голой-босой.