Важнее слов - Миа Шеридан Страница 104

— Что ты забыла во Франции? И каким, черт возьми, образом ты пробралась в мою комнату? – затребовал Каллен ответа.

Аннетт отклонилась в кровати и оперлась спиной на подушку Каллена. Она беззаботно провела рукой по своей груди идеальной формы, как бы невзначай задев сквозь ткань лифчика свой сосок. Я отвернулась. Мое лицо все горело, и я знала, что на нем написаны шок и унижение.

— Я отвлекла сотрудника за стойкой на входе и подменила ключ. Я даже не знала, что в отелях все еще пользуются ключами. Это просто очаровательно. Ох, прекрати так смотреть на меня, пожалуйста. Обычно ты гораздо сильнее рад видеть меня, дорогой. Твой энтузиазм обычно, – она бросила взгляд на его мошонку, – побольше. Это все из-за нее. Она может присоединиться. И правда, мы чего только уже не попробовали, но только не это. Я за то, чтобы…

— Закрой рот, Аннетт, – снова зарычал Каллен, схватил плед, который лежал в ногах кровати, и бросил его ей. – И прикройся.

Каллен посмотрел на меня, у него загорелись щеки. По его глазам было видно, как стыдно ему было.

— Джесси… я… прости…

Я просто смотрела на него, широко раскрыв глаза. Я не знала, что мне нужно было ответить. Я не до конца понимала, что вообще творилось, – я только догадывалась, что эта женщина была обычной частью его жизни там, в Лос-Анджелесе. У меня кружилась голова, и тут я поняла, что я где-то могла видеть эту женщину. Кажется, она была с ним в компании в ту ночь в Париже. Тогда я не отводила глаз от Каллена, не обращая внимания на других, но теперь, присмотревшись к ней повнимательней, я почти уверилась в том, что и она была там. Но разве он не был тогда с французской блондинкой? С той, которая застала нас целующимися и велела Каллену поторапливаться.

Тот пузырь счастья, в котором я до этого пребывала, – ох, он не просто лопнул. Он взорвался.

Аннетт вздохнула, свесила ноги с кровати и встала.

— Ты бы видел свое лицо, Каллен, – засмеялась она. – Как будто ты впервые видишь меня голой.

Я побледнела, мне показалось, меня сейчас стошнит. Я оперлась о стену, потому что ноги все хуже держали меня, и тут я услышала шаги позади себя. Я увидела, что с лица Аннетт тоже сходит вся краска, видела, как у нее открывается и закрывается рот. Я обернулась – в дверях позади меня стоял невысокий лысеющий мужчина, который изучал глазами нас троих.

— О боже, – услышала я, как пробормотал Каллен.

— Что здесь происходит? – спросил мужчина.

— Ларри…

— Ты что, трахаешь мою жену? – мужчина уставился на Каллена, и на лице его смешались дикая ярость и ужас от осознания происходящего.

Аннетт негромко кашлянула, схватила одеяло и обернулась им.

— Ларри, дорогой, это просто недопонимание, – начала было она, но тот злобно на нее взглянул, и она осеклась.

— Ты сделал много отвратительных и аморальных вещей, – сказал Ларри, обращаясь напрямую к Каллену. – Но я все же думал, какие-то рамки приличия тебе знакомы.

На секунду Каллен закрыл глаза, и на лице его отразилась боль. Он посмотрел на Ларри, затем бросил взгляд на Аннетт, и я узнала этот взгляд. Такой я видела у своего отца. Каллен решал, врать ему или нет. Он провел рукой по волосам и выдохнул.

— Да, я спал с Аннетт раньше. Я прошу за это прощения, хотя понимаю, что прощения мне нет. И оправдания для меня нет тоже.