Непригодные - Кира Коэн Страница 105

Должно быть, их давно не кормили, потому что при виде двух незнакомых людей рыбки не испугались, а некоторые даже оживились, подплывая ближе к стеклу. Впрочем, в отличие от нас, они довольно быстро теряют интерес, сообразив, что кормёжки не будет, и возвращаются к своим делам. А дела у них очень серьёзные. По меркам рыб, конечно. Во всяком случае, я, не разглядывавшая раньше так долго и так пристально, никогда не задумывалась прежде о том, чем именно они там занимаются целыми днями.

— Смотри! Эта уже целую баррикаду выстроила! — восторженно сообщает Тайлер и показывает на одну из крупных рыбёшек. Та с самым важным видом (а я теперь, похоже, уверена, что «важная рыба» выглядит непременно так) как раз поднимает со дна круглый камешек, выплёвывает его, хватает другой — выбирает. Найдя подходящий, она несёт его из угла в центр, где из камней собралась уже довольно впечатляющей высоты гора, и отпускает его в общую кучу.

— Думаешь, они что-то затевают?

— Или рыбам тоже нравится делать форт из подушек? Только у них нет подушек.

Я тихонько хихикаю, а потом моё внимание захватывает совсем непримечательная, на первый взгляд, рыбина, которая всё это время просто безмятежно дрейфовала у самой поверхности.

— Ой, да она же срёт! Ты когда-нибудь видел, как рыбы срут⁈ — Переполненная воодушевлением от своего необычного открытия, я ошалело дёргаю Тайлера за рукав.

— Да ну…

— Да серьёзно!

Как два последних идиота мы практически с открытыми ртами таращимся на ничего не смущающуюся рыбу, у которой из задней части брюшка, возле самого хвоста, медленно тянется длинная тёмная ниточка. Та обламывается, отваливается, идёт ко дну, но из рыбы уже потихоньку выходит ещё.

Если когда-нибудь я расскажу кому-то о том, как впервые открыла для себя процесс испражнения водных позвоночных, на меня, вероятнее всего, посмотрят, как на отсталую. В лучшем случае. Я же на это с уверенностью отвечу, что попросту ещё не растеряла ту детскую любознательность, с которой, оказывается, смотреть на мир гораздо веселее.

Может стоит сменить профессию? Десяток профессий? Исследовать звёзды? Или выучиться на морского биолога? В конце концов, мировой океан изучен меньше, чем космос. Какова ирония…

— О, а здесь и мелкие есть! Прячутся, — говорит Тай, заметив, как рыбка поменьше исподтишка атакует другую и тут же стремительно скрывается с места преступления в глубине установленного в аквариум домика.

Тайлер наклоняется, стучит пальцем по стеклу, желая спугнуть проказника из его укрытия, на что нам в спины прилетает недовольное шиканье. Девушка за прилавком уже откровенно неодобрительно на нас косится.

Под её хмурым взглядом, говорящим «проваливайте уже отсюда, бездельники», мы с перекошенными от тщетных попыток сохранить невозмутимый вид лицами решаем облегчить ей жизнь и уйти, пока не пришлось завязать разговор. Сперва осторожно, будто бы она нас не заметит, если двигаться достаточно медленно, а ближе к двери переходя почти на бег.

Мы буквально вываливаемся на улицу, и смех, до этого момента насильно утрамбованный внутри, тоже вырывается на свободу. Даже горло немного болит. А ещё жарко. Не уверена, от духоты ли магазина или от шквала эмоций, которым я даже не могу дать чёткого определения. В любом случае мои щёки, уши и шея горят. Я хочу спросить Тайлера, испытывает ли он то же самое, но вместо этого закрываю глаза, запрокидываю голову и подставляю лицо холодному порыву ветра.