Любовница - Елена Рай Страница 11

Антип с силой прижимает к себе, нависая уже сверху. Требовательно вторгается языком в рот, настойчиво затягивая в свой порочный умысел. Отвечаю укусом до металлического привкуса крови.

Мальчики прибегают сразу на мой крик.

— Варька, ты чего орёшь? — Костик смотрит на нас, а потом как запоёт: — «Тили-тили тесто, жених и невеста!»

— Лука, уведи мальчонку домой, — Антип обращается к сыну, вытирая губы платком. — Поздно уже, а вы шумите.

— Да, отец, — смотрит на меня, прожигая сосредоточённым прямым взглядом.

Ему я точно не понравилась.

— Идите-идите… — поторапливает их.

— Не трогайте меня больше, — пытаюсь сцепить пальцы, чтобы унять нервную дрожь.

— Девочка моя, я буду тебя трогать, — с лаской ко мне. — Свадебку сыграет в октябре. А там… Понесёшь от меня. За хлопотами на беспочвенные тревоги и тревожные мысли не останется времени. С маленькими детками порой присесть некогда, не то, чтобы печалиться по пустякам.

— Понести? — удивлённо переспрашиваю я.

— Ребёночка родишь мне здоровенького, а то и нескольких.

Заливаясь слезами, прошу отвести меня обратно домой. На подходе к подъезду сталкиваемся с коренастым пареньком с цветами. От них роскошью и холодной красотой тянет.

— Парень, а ты куда? — спрашивает его Антип, когда он заносит руку над дверным звонком.

— Лукьянова Варвара здесь проживает? У меня заказ на её имя оформлен, — оглядывает меня с головы до ног, а потом усмехается.

— Это я, — принимаю из его рук лилии. — От кого они?

— Распишитесь, — протягивает ручку и блокнот.

Ставлю подпись.

— А?..

— Внутри открытка, — верно понимает меня парень. — Хорошего вечера.

Он не обманул. Действительно в цветах была открытка, а на ней нарисована девушка с длинной золотистой косой.

«Прости меня», — шепчу послание одними губами.

Не трудно догадаться от кого цветы.

Леонид.

Но зачем?..

— Поклонники? — Антип забирает из моих рук цветы.

— Нет, — убираю открытку в кармашек платья. — Родственница.

Мужчина неверяще хмыкает.

Мама, когда увидела шикарный букет, сначала растерялась. Но потом вернула себе холодную маску лицемерия. Дала развитие лживой теории о возможной родственнице, что прислала мне цветы с открыткой.

— Агата, давно просит волосы Вари для шиньона. Её не одарили гены такой роскошью. Пошла на все хитрости, чтобы задобрить, — мама с презрением смотрит на белоснежные лепестки. — Пойду я… На кухню.

Лязг ножниц. Клац-клац-клац…

Почему она это делает?

Такие красивые.

— Я не выйду за вас замуж, Антип, — не чувствуя себя живой, иду в свою комнату.

Следующий час мне показался адом.

Родители по очереди кричали на меня, извергаясь в ругательствах. Отец грозился завтра же поехать ко мне на работу и наказать подонка за присланные цветы. Мать же угрожала не выпускать из дому до самой свадьбы, чтобы помутнённый рассудок очистился от «черноты».

— Варенька, ты куда? — плачет сестрёнка.

— Я не буду здесь больше жить, Стеша. Не выйду замуж за Антипа. Не мил он мне.

— А кто мил? Тот, кто цветы подарил? — всхлипывает она. — Не боишься, что ошибёшься?

— Мне плохо, сестра! — с мольбой в голосе. — Не пропаду.

— Они не примут тебя обратно, Варь.

— Моя свобода намного дороже, чем мешок картошки да коробка яблок.

— Люблю тебя, — бросается на шею. — Скажу, что не видела, как ты ушла.