Гербарий Жанны - Изабель Шави Страница 110

Батавия и ее окрестности поразили путешественников великолепными видами. Никто не ожидал увидеть такие большие белые особняки, пышные сады, умело и со вкусом обихоженные, несмотря на изменчивый климат. Повсюду царили чистота и роскошь. Поселившиеся здесь голландцы построили город, ни в чем не уступающий самым красивым европейским столицам и находящийся в совершенно очаровательном месте. Тропическая флора была умело приручена и цивилизована. Темнокожие худые туземцы держались незаметно, похожие на послушных трудолюбивых муравьев. Местное население жило за городом, в живописных хижинах, на берегу моря и вдоль рисовых полей.

Прием голландцев был безупречным. Членов команд «Звезды» и «Ворчуньи» разместили в больших особняках со всеми удобствами. Классическое соперничество, присущее острой торговой конкуренции, которую вели две страны, не стало препятствием для удовольствия встречи с европейцами на другом конце света. И голландцы, и французы покинули Европейский континент так давно, что для многих тоска по родине становилась невыносимой, и если одни просто предавались ностальгии, другие чувствовали боль острее. Голландцы прекрасно говорили по-французски, что для путешественников стало настоящей отдушиной после столкновения с таким количеством чужеземных диалектов, и возвращение к цивилизованности только радовало.

Жанну поселили отдельно от экипажа, в небольшом монастыре с белыми стенами, где жили голландские монахини. Ей позволили свободно передвигаться при условии, что она не выйдет на улицу без сопровождения и вернется до наступления темноты, которая в этих широтах опускается рано.

* * *

Самой примечательной для французов, безусловно, была встреча с Йоханом Мором, фигурой более чем нетипичной: первым приходским священником Батавии, ученым и миллионером. Узнав о прибытии французских исследователей, он сразу прислал за ними слугу, чтобы пригласить к себе. Так Бугенвиль, Коммерсон, Верон и Роменвиль, а также принц Нассау были приняты в одном из многочисленных особняков, которыми владел необычный священник. Маленького роста, коротконогий и пузатый, он отличался белизной кожи и огненно-рыжими волосами, что ясно указывало на фламандское происхождение. Разговорчивый и веселый, голландец изъяснялся на безупречном французском. Первым делом господин Мор захотел показать гостям совершенно невероятную обсерваторию, которую построил в самом центре великолепного тропического сада. Французы пребывали в полнейшем изумлении. Они ожидали чего угодно, но только не этого. С господином Вероном у хозяина особняка моментально установилось полное согласие. Мор был так рад возможности пообщаться с известным и уважаемым коллегой, что сразу же обратился к нему как к старому знакомому, с нетерпением ожидая возможности поделиться своими открытиями и представить последние достижения. На протяжении долгих лет пребывания в голландской Ост-Индии Мору присылали самые совершенные астрономические приборы.

— Понимаете, господа, страсть не может знать границ! И если я смогу как-то помочь науке, я с радостью потрачу на это все свое состояние!

Ошеломленный Верон ликовал при мысли, что сможет точно определить долготу Батавии, даже если ему придется проводить в особняке священника каждую ночь. К сожалению, ни одна из них не оказалась благоприятной для наблюдения за небом: начался сезон дождей, и лишь одному богу было известно, какими наводнениями он может обернуться в этих краях.