Жестокие тайны - Морган Бриджес Страница 110

Сейчас все иначе, чем во время Охоты на невест. На этот раз я хочу, чтобы меня поймали. Вернее, мое тело этого хочет. Ум не уверен, что подчиниться Ксавье – мудрое решение. А сердце… оно запуталось в том, что он заставляет меня чувствовать. В том, к чему он заставляет меня стремиться.

Забыв о гудящих коленях, я мчусь сквозь деревья с бьющимся в груди сердцем. От каждой тени в кровь выбрасывается новая доза адреналина, и вскоре все мои чувства обостряются, а кожа зудит оттого, что я чувствую на себе его взгляд.

Пускай он и движется невидимо и бесшумно, как призрак, но я знаю, что он приближается. А кровь и плоть он обретет, лишь когда поймает меня.

Наконец я и в самом деле вижу его. Он смотрит на меня сквозь маску. И с удивительной для такого мощного тела грацией выскакивает из-за деревьев. Ксавье не хватает меня, не пытается удержать. Лишь копируя мои движения, бежит рядом со мной.

Показав ему фак, я припускаю вперед из последних сил. Из груди вырываются короткие болезненные вздохи. В глазах начинают плясать точки, и я быстро моргаю, прогоняя их.

Оглядываюсь через плечо, не зная, удалось ли мне оторваться. И теряюсь, понимая, что его нигде нет. Сбавляю скорость до легкой трусцы, озираюсь, не понимая, удалось мне уйти или он сам бросил меня преследовать.

И вдруг он обхватывает меня руками со спины. Я кричу, и мой крик, отразившись эхом от стволов, теряется в ночи. Восторг и изумление оттого, что меня поймали, быстро сходят на нет, но Ксавье уже тащит меня назад.

Теперь мы боремся, как добыча и хищник, границы размыты, исход битвы неясен. Он и правда собирается трахнуть меня или это была пустая угроза, чтобы запугать и заставить подчиниться?

Я упираюсь пятками в землю, теряю сначала одну туфлю, потом другую. Но Ксавье не обращает на это никакого внимания. Продолжает тащить меня в неизвестном направлении.

И вдруг перед нами возникает церемониальный алтарь.

Я сопротивляюсь в панике, еще слишком живы воспоминания о том, что здесь со мной произошло. А еще борюсь с возбуждением, которое нарастает внутри от его властных прикосновений.

Ксавье держит меня все крепче, а я дерусь все отчаяннее. Зарычав, он разворачивает меня к себе лицом. Я вырываюсь:

— Пусти!

Он не отвечает, и я снова пытаюсь его ударить. Бью кулаком в плечо, но его хватка не ослабевает. Он берет меня за шею сзади и притягивает ближе, прижимаясь ко мне всем телом.

— Ты сделала ставку и проиграла. А теперь будь хорошей девочкой и дай себя трахнуть.

Ксавье толкает меня к алтарю. Потом хватает за талию, поднимает в воздух и, глядя жарко и голодно, сажает на камень. Сердце колотится как бешеное, кровь грохочет в жилах. Его взгляд и участившееся дыхание и пугают, и возбуждают одновременно.

Я и моргнуть не успеваю, как он хватает меня за горло и швыряет на плоскую поверхность, выбивая воздух из легких. Потом садится верхом, поставив колени по сторонам от моих бедер, и склоняется ко мне почти вплотную. Я понятия не имею, чего ждать, и он не оставляет мне времени на раздумья.

Просто защелкивает наручник.

— Сними это, – задыхаясь, шиплю я.

В ответ он приковывает и второе запястье. Я лежу на холодном камне, глядя на парня, который пригвоздил меня к нему.

— Я хотел наказать тебя, – наклонившись, говорит Ксавье, – но, думаю, к концу ты перестанешь считать это наказанием.