Взлетай и падай - Сара Штанкевиц Страница 111

После вчерашнего прощания я больше ничего не слышал от Скай. Она не приехала утром в больницу, чтобы забрать меня, и не отвечала ни на звонки, ни на сообщения. Обычно она спрашивает, как у меня дела, каждые несколько минут даже при смехотворной простуде, и что после выписки? Ничего. Ни слова.

Уезжая из больницы, она потупила взгляд и опустила плечи, и мне сразу стало не по себе оттого, что я позволил ей уйти.

В общежитии не было никого, кроме заплаканной и страдающей от любовных мук Хейзел. По ее словам, Скай не появлялась дома со вчерашнего дня, поэтому, с тех пор как я вернулся домой, меня одна за другой одолевали жуткие мысли.

В изнеможении я падаю на диван, достаю мобильник и смотрю, нет ли ответа. Мимо. Последние десять сообщений отправлены в пустоту. Я пробую еще раз дозвониться до нее, но сразу же включается голосовая почта. Наверное, она выключила телефон.

— Черт!

Ругнувшись, я прижимаю мобильник к виску и размышляю. Я чем-то ее обидел? Сказал какую-то ерунду, когда защищал от тех ублюдков? Сколько бы я ни нырял в омут памяти, в голову ничего не приходило.

— Хотя бы ты трубку возьми, – бормочу я, пытаясь дозвониться до Пенелопы.

Спустя целую вечность она отвечает. Звучит изможденно.

— Картер… – В ее голосе слышны нотки облегчения и отчаяния. – Как хорошо, что ты набрал. Она запретила мне звонить тебе, но, похоже, лучше приехать.

Я вскакиваю в боевой готовности, хватаю кожанку и вылавливаю ключ из чаши в прихожей. Зажав мобильник плечом, я накидываю куртку.

— Что случилось, Пэн?

— Точно не знаю. Вчера вечером я хотела подвезти ее, но она настояла на том, чтобы приехать самой. И вот с тех пор так и сидит в старой детской. Она почти не ест, не разговаривает, только спит… Вы там ругались, когда она тебя проведывала?

Беспокойство Пэн заставляет меня нервничать еще больше.

— Н-нет, – запинаясь, отвечаю я и отчаянно пытаюсь найти объяснение поведению Скай. – Нет, – добавляю решительно. Мы поцеловались, я пошутил, и она ушла. – Мы не ссорились. Она была растеряна и упрекала себя…

— Заедешь, Картер? Не знаю, правильно ли это, но у меня руки опускаются. Она всегда со мной все обсуждала, а сейчас закрылась. Она выходит из комнаты только в ванную. Боюсь, она может провалиться в яму. Вообще-то я думала, это произойдет сразу после аварии, но она так хорошо держалась… Наверное, когда-то это должно было случиться. Никто не может так усердно стараться без конца.

Именно этим я и Скай и занимаемся. Мы стараемся для других, а свои проблемы задвигаем на задний план, пока чаша терпения не переполнится. Пока какая-нибудь снежинка не вызовет лавину. А вчера случилась настоящая снежная буря… в разгар лета.

Мысль о том, что она может всерьез осуждать себя за вечер, когда всему виной ничтожный IQ тех неандертальцев, убивает меня.

— Через пять минут буду.

* * *

— Она у себя? – спрашиваю я Пенелопу вместо приветствия, целую ее в щеку и прямиком направляюсь к бывшей детской по коридору.

— Да. Но, пожалуйста… Осторожно, – просит она.

Оставив Пенелопу в коридоре, я стучусь в дверь и жду, пока мне разрешат войти.

— Скай?

Вот дерьмо, у меня что, от страха голос дрожит? Я откашливаюсь и пытаюсь собраться.

— Скай? Можно войти?

Я прислоняюсь лбом к деревянной двери и жду. Бесполезно. Она не отвечает, а в голове возникают самые чудовищные образы, я нажимаю на ручку, но там заперто.