Слабонервным не входить! - Наталья Юнина Страница 113

Нехотя приподнимаюсь на локте, всматриваясь в Полуянова. Хорошо, что у него закрыты глаза и он не видит, как я прожигаю в нем дыру. Его плечи и спину обсыпало веснушками буквально через пару часов нахождения на солнце, и это при том, что мы сразу намазались кремом, дабы не спалиться. Намазались мы вовсе не для того, чтобы не обгореть, а для того, чтобы курочки, которых Саша, по сути, бортанул, не догадались, что занятий в ближайшие дни не будет не по причине того, что у него форс мажор, а потому, что ему вздумалось устроить себе, ну ладно, нам, отпуск на море.

Загар не нужен ни мне, ни ему. Это будет двойной прокол, в случае обнаружения. Хотя, если кто-то увидит его порыжевшее тело, при желании может догадаться, где прохлаждался их гуру. Было бы очень даже интересно, как он смог бы выкрутиться.

Аккуратно тяну руку к его плечу. Провожу кончиками пальцев по разгоряченной коже. Как так получается, что еще три дня назад я крутила пальцем у виска, когда Полуянов после бурной ночи просто уведомил меня о вылете. Не спрашивал, не интересовался. Просто поставил перед фактом. И черт знает зачем я согласилась.

Теперь с сожалением осознаю, что не хочу отсюда улетать. Да, не Бали, но распиаренный Дубай оказался той еще сказкой. Здесь нет никаких женщин и проблем. Только мы. Хотя, нет. Бабы тут есть. Много. И в парах, и свободные. Но, справедливости ради, Полуянов не обращает на них внимание и, по моим ощущениям, весь во мне. Или мне хочется в это верить. Вообще, если не брать в расчет тот факт, что я зациклена на его возможных женщинах, он не дает повода думать, что он трахает все, что движется.

Я провожу пальцами вниз по его шее и в этот момент, Саша резко открывает глаза.

— Что? – интересуется он с усмешкой.

— Тебе пора перевернуться.

— Ты намазала меня пятидесяткой. И я лежу всего несколько минут.

— И все равно лучше перевернуться.

— Домой хочешь? – неожиданно интересуется он, приподнимаясь с шезлонга, который больше напоминает двухспальную кровать. Такого кайфа я не встречала еще ни в одной стране.

— Учитывая то, как я была против, надо сказать, конечно, да. Но нет, не хочу.

— Тогда давай продлим на пару дней отель. Все равно билеты еще не куплены.

— Тебя совсем не мучает совесть, что ты обманываешь своих курочек?

— Я верну им все сполна. За мою совесть можешь не переживать. Так что?

— Надо домой. Да и твой Гена наверняка по тебе скучает. Кстати, ты так и не сказал, с кем ты его оставил?

— С дочерью, – наверное, умная женщина смолчала бы. Если кто-то хочет о чем-то говорить, он об этом говорит сам. Но я не умная женщина. Мне в принципе интересно, как выглядит бывшая жена, которая родила ему ребенка. Какой он вообще отец?

— Как ее зовут? – на кой-то черт решаюсь его подловить. Точнее, услышать то самое имя, которое увидела на дисплее в ту ночь.

— Арина. Опережая твой вопрос, она живет с матерью и, нет, они не против собаки. Против там только Гена, – вот уж про последнее я точно не думала. Это Полуянов так переводит тему?

— Почему он против?

— А то ты не поняла, что он говнюк с характером и не любит людей.

— Я думала, только твоих женщин.

— Нет, он просто говнюк. Любимый, но говнюк.

Любимый. Как-то странно слышать это слово от этого мужчины. Что он говорил в машине, когда мы ехали к гадалке? Тогда я не видела в нем мужчину и не очень воспринимала его ответы, да и в принципе особого интереса не испытывала. Он женился по залету? Кажется, так.