Их (не)винный Рыжик. Возрождение - Елена Абернати Страница 114

И если виверры по внешности напоминали скандинавских викингов с белоснежными волосами разной длины.

То шедший рядом с ними черноволосый гигант, больше смахивал на грозного сибирского медведя.

Наверняка, дядя Есении.

Вот только озверевшей родни нам сейчас не хватало. Не сомневаясь, что он кинется на нас с кулаками.

И не ошибся.

Драка не завязалась только благодаря бете, который с трудом, но сдержал разбушевавшегося медведя.

— Чертовы змеи. — Хищно оскалился Потапов. — Во что вы втравили мою крестницу?

— И вам привет. — Спокойно выдал я. — Арс, угомони своего родственника. Сейчас не время и не место наводить разборки. Сначала дело. — Взглянул на разъяренного медведя. — А потом, можете хоть прибить.

— Даже не сомневайся. Где Есения?

— Есения? А может Злата Николаевна Зотова? Которую ты похоронил…

— Раз сделал, значит так было нужно! Я спасти ее хотел! От проклятого демона… А в результате, сам отправил в руки к еще худшим ублюдкам…

— Хватит! — Басом рявкнул Арс. — Оставить разборки. Рус, где Клим?

Осмотрелся, принюхался, безошибочно определяя нужную тачку.

В следующее мгновение, виверр хищно принюхался, зарычал. И кинулся к машине, из которой тут же выскочил Клим.

— Арс, нет, остановись. Ты ее напугаешь. И детей… — Сжал в медвежьей хватке своего альфу. — Потом, Арс, потом. Сейчас они в безопасности…

Виверр несколько раз вздохнул, выдохнул, с трудом сдерживая рвущегося наружу зверя.

А затем рявкнул:

— Охрана. С тачки глаз не спускать. Клим, отвезешь их в наш дом. Головой за них отвечаешь…

Развернулся, и двинулся к нам, мрачно сверкая взглядом.

— Рассказывай все, Рус. Я хочу знать, какой самоубивец решился похитить вашу пару и детей. А так же, нашу пару, и детей.

И я рассказал все. Все что случилось. Все что знаю об этом гаденыше. Что планирую предпринять.

Медведь хищно оскалился.

— У меня идея получше. Он ждет, что ты явишься один. Так давайте удивим, ублюдка.

* * *

Есения

Настоящее

Очнулась от дикой боли в голове. Попыталась пошевелиться. И осознала, что не могу. Лежала на чем-то холодном и жестком. Связанная по рукам и ногам. С трудом, ощупала скованными спереди руками голову. И застонала, задев пальцами открытую рану, из которой по виску стекала кровь.

Перед глазами все расплывалось. Даже хуже чем обычно. Тошнотворный ком от какой-то противной вони подкатил к горлу.

С ужасом ощупала свой ходящий ходуном животик. С облегчением выдохнула.

Мои малыши.

Живые.

Мои кровиночки.

Почувствовала, как во мне ворочаются, пытаются вырваться на волю мои звери. Они словно оказались запертыми за какой-то прозрачной преградой. Кидались на нее. Шипели. Но прорваться не могли.

Ни василиск.

Ни кошка.

— Хорошая игрушка, верно? — Сквозь шум в ушах услышала ненавистный голос Олега. Именно он взорвал двери, и ворвался в наш пентхаус.

Усыпил каким-то газом меня и дедулю.

О боже, дедушка…

В ужасе распахнула глаза, попыталась осмотреться.

— Ддде… ддду… шшшка… — еле слышно прошептала.

— Еся, я здесь. Со мной все хорошо. Не переживай. — С облегчением услышала голос старого василиска. — Этот ублюдок накачал нас какой-то дрянью. Даже я не могу обернуться…

Послышался звук удара, и дедушка захрипел, выругался:

— Это все, на что ты способен, мразь? — старый василиск хрипло рассмеялся.

— Посмотрим, насколько тебе будет смешно, когда я…