Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос Страница 118

Я на секунду закрыла глаза, а потом вперила взгляд в серую стену скалодрома прямо передо мной. Смотреть вниз не хотелось совсем.

— Ну, по крайней мере, хоть кому-то ты доверяешь еще меньше, чем мне, — пошутил Ной.

— Это вряд ли. — Я потянулась к зеленому зацепу прямо над моей правой рукой, переставила ногу на следующую подходящую опору и поднялась еще чуточку выше. — С каждой секундой я ненавижу тебя все сильнее. — Я схватилась за следующий зацеп.

— Но ты поднимаешься, — заметил он.

Я дотянулась до ближайшей опоры, переставила ногу и продолжила подъем.

— Мы все равно не решим разногласия по сюжету, потому что я убью тебя сразу, как только спущусь.

До проклятого колокола оставалось всего несколько метров. Когда я в него позвоню, все закончится, и можно будет вернуться домой.

— Я буду сопротивляться, — ответил Ной.

Я не могла не заметить, как крепко он держит трос. Это меня успокоило, ведь я уже поднялась на добрых восемь метров над полом.

— Знаешь, если тебе и вправду невмоготу, давай отменим наш договор. Речь шла о том, чтобы ты мне доверяла, а не о том, чтобы возненавидела меня еще больше.

Не отрывая глаз от колокола, я поднялась еще на треть метра, а потом и выше.

— Ну уж нет! — крикнула я. — Я почти на месте.

— Это точно.

В его голосе слышалась гордость, и я даже глянула вниз. Ной мне улыбнулся, и я поняла, что он действительно за меня рад.

Я сама была далеко не рада, но все равно чувствовала себя уверенной. На что-то способной. Сильной.

Ну, может быть, не такой уж и сильной. Руки и ноги тряслись от усталости, но я схватилась за последний зацеп на маршруте и преодолела последние тридцать сантиметров на одной силе воли.

Динь. Динь. Динь.

— Да! — крикнул Ной.

Звон отдался вибрацией во всем моем теле, проник до самых глубин души и разрушил мои собственные представления о том, что для меня невозможно, а что возможно. Он разбудил во мне нечто, уснувшее задолго до последней измены Дамиана.

Или даже задолго до нашего с ним знакомства.

Я позвонила в колокол еще раз просто потому, что могла. Теперь уже не страшась, что меня подведут, не от желания скорее выполнить свою часть сделки и забыть ее как страшный сон, не из стремления произвести впечатление на человека, который подверг меня этому риску.

На этот раз — чтобы отметить свою победу.

Умом я понимала: это не Эверест. Я поднялась на высоту не больше двенадцати метров, по легчайшему из маршрутов на стене скалодрома, в профессиональной альпинистской обвязке со страховочным тросом, под присмотром сотрудников спортивного центра, которые отвечают за мою безопасность.

Но меня все равно распирало от гордости.

Я еще не разучилась справляться с трудностями.

Прабабушка ушла, Дамиан меня предал, мама вновь меня бросила, но я не сдалась. Я еще шевелю лапками и карабкаюсь вверх.

Пусть я по-прежнему злилась на Ноя и мне хотелось его придушить, я понимала, что оказалась на этой стене, преодолела свой страх и чуть больше поверила в себя только благодаря ему. Именно из-за него во мне возродился интерес к жизни. Из-за него мне опять стало не в тягость просыпаться по утрам.

Не то чтобы я жила ради него, вовсе нет. Просто он заставил меня захотеть жить. Бороться. Стоять на своем. Держаться за собственную позицию, хотя обычно я подчиняюсь желаниям других и иду по пути наименьшего сопротивления, лишь бы не задеть чьи-то чувства.