Пташки - Эмилия Грин Страница 118

— Только давай сразу договоримся – мне нельзя резко наклоняться, похоже, шею в качалке потянул. Ты уж бей аккуратно, – он подмигнул.

— А мне нельзя махать правой – что-то хрустит, так что левой буду, – я пожал плечами.

— Тогда будем как два краба в коробке – пятиться медленно и вбок? – серьёзно уточнил Кирилл.

— Да, главное сахар проверять после каждого удара, чтобы в диабетическую кому не впасть, – не удержавшись, я прыснул, представив себе этот «стариковский рестлинг».

— Договорились, – Воронов хмыкнул. – Выходит, мы почти сваты… Кто бы мог подумать, Паш?

Я фыркнул, карикатурно крестясь.

— Господи, какой кошмар… – порывисто захлопнув окно, я вздрогнул от тихого звука шагов за спиной.

— Пап… – обернувшись, я увидел Полину.

Сократив расстояние, дочка застыла рядом со мной около окна. Она смерила меня подозрительным взглядом.

— Все нормально? – пробормотала она, закусывая губу.

— Да. Я как обычно победил Воронова в словесном поединке. Если надо, и в рукопашном бою его сделаю… – указывая на Кирюху, который начал возиться с дровами. – Это, кстати, прием психологической атаки: кто первым вспомнит про свои болячки, тот и проиграл морально.

— Пап, ты, правда, собрался драться с дядей Кириллом? – недоверчиво уточнила Полина.

— Ох, дочь… – я вздохнул. – Че тут драться-то? Воронов пусть только замахнется на меня своей вязанкой дров… Достану из кармана пузырёк: «А у меня, Кирилл Александрович, давление! Он поверит. И тогда я ему как заряжу своей декоративной тростью между глаз – ну, той, которую Апостолов подарил мне на полтиник! А дальше…

— П-а-а-п, вы как дети малые… – дочь обняла меня за талию.

Она хихикнула, заметив, как Кирюха угрожающе замахнулся в меня поленом.

— Есть такое, родная, – целуя Полину в висок, на краткий миг между нами повисла уютная тишина. – Ты, правда, его…

— Да, люблю, – не раздумывая, ответила дочь с тем самым присущим мне упрямством, – и тебя я тоже очень люблю. Ты – мировой отец! А знаешь, о чем я мечтаю больше всего?

Мое красноречивое молчание.

— Я мечтаю, чтобы вы с Сашей подружились, – с надеждой.

— Поль…

— И ни слова больше, – обрубила она строго.

— Ни слова больше, – покорно повторил я, из-за Полькиной спины показывая Кирюхе кулак.

Ни слова больше.

А как еще, если, глядя на свою дочь, я вдруг увидел, что она буквально излучает внутреннюю гармонию, любовь и счастье?

Неожиданно я осознал, что весь мой негатив по отношению к Александру отошел на второй план.

Я не мог не сожалеть, что возможно в чем-то и перегнул, однако, пообщавшись с Сашей впервые за очень продолжительное время, вынужден был отметить произошедшие в нем изменения.

Из горячего, вспыльчивого юнца он превратился в уравновешенного здравомыслящего молодого мужчину, до последнего отстаивая желание быть с моей дочерью.

Теперь я просто радовался за своего ребенка, в глубине души чувствуя, что у них это по-настоящему и всерьез, надеясь со временем наладить наше общение.

И, конечно, я был не против породниться с Вороновыми, уже мысленно прокручивая в голове сотни шуток в нашем возможном новом амплуа сватов. Кто знает, кто знает… 😉

POV Полина

Когда отец уехал в Перинатальный центр, остаток дня я провела в доме у Вороновых, в прямом смысле ощущая себя частью их большой дружной стаи.