Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 119

— Тогда я не знаю, как его называть, – сказала Леони. – Он меня называет «пороховой бочкой», монсеньор, и еще «дикой кошкой».

— Она и есть дикая кошка! – воскликнул Руперт.

— Неправда! Я – леди. Так монсеньор говорит.

— Это – страшное преувеличение. И я не помню, чтобы я когда-нибудь такое говорил, малыш.

Она бросила на него проказливый взгляд сквозь ресницы. Этот взгляд был ее самым действенным приемом.

— Но, монсеньор, вы только что сказали, что у вас плохая память.

Все расхохотались. У Эвона весело блеснули глаза. Он поднял со стола веер и хлопнул им Леони по руке. Она засмеялась и торжествующе обратилась к остальным:

— Вот я вас всех и рассмешила! Я и хотела вас рассмешить. Значит, я остроумная женщина.

Давенант смотрел на Эвона с изумлением на лице: глаза Эвона были полны такой нежности, что Хью было трудно поверить, что это все тот же так хорошо ему знакомый герцог.

— Господи, что за девчонка, – сказала Фанни, вытирая глаза. – В твоем возрасте я никогда не осмелилась бы так разговаривать с Джастином.

— Я тоже, – отозвался Руперт. – Но эта девчонка не боится ни бога, ни черта. – Он повернулся к Давенанту: – Другой такой сорвиголовы свет не видывал, Хью. Знаешь, ее даже похищали.

— Похищали? – Хью обвел всех недоверчивым взглядом. – Это еще что за новость?

— Да этот кабан меня похитил, – пренебрежительно заметила Леони.

— Детка, как ты выражаешься? – подскочила леди Фанни.

— Но монсеньор позволяет мне называть этого типа кабаном. Вы ведь не возражаете, монсеньор?

— Малыш, это не очень изящный способ выражаться. И мне он не по душе, но, по-моему, я действительно позволил тебе так говорить, если ты воздержишься от употребления слов… свиное… пойло.

— Да, позволили! – торжествующе воскликнула Леони.

— Но кого ты так называешь? – спросил Давенант. – Кто похитил Леони? Ее в самом деле похищали?

С противоположной стороны стола ему утвердительно кивнул Марлинг.

— Возмутительное злодейство! – сказал он.

— Но кто его совершил? Кто этот «кабан»?

— Гадкий граф де Сен-Вир! – ответила Леони. – Он заставил меня выпить снотворное и увез во Францию. А Руперт меня спас.

Давенант, вздрогнув, посмотрел на герцога.

— Сен-Вир! – воскликнул он. И повторил совсем тихо: – Сен-Вир.

Герцог окинул комнату взглядом, но лакеев в ней не было.

— Да, Хью, да. Любезный граф.

Давенант открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же его захлопнул.

— Вот именно, – подтвердил герцог.

— Но, Эвон, – заговорил Марлинг. – Фанни говорит, что вы послали Сен-Виру и его жене приглашение на бал. Зачем вы это сделали?

— По-моему, у меня была причина, – задумчиво ответил герцог. – Без сомнения, я ее когда-нибудь вспомню.

— Если этот тип явится на бал, я его вызову на дуэль, – заявил Руперт.

— Вряд ли он примет приглашение, юноша. Хью, если ты поел, пошли в библиотеку. Это – единственная комната, в которой Фанни не учинила разгром.

Фанни встала и погрозила ему пальцем.

— Но в день бала она будет открыта для гостей. Я собираюсь установить в ней карточные столы.

— Нет, – решительно возразила Леони, – это же наша комната, монсеньор. Не позволяйте ей! – Она положила пальцы на согнутую в локте руку герцога и приготовилась выйти вместе с ним. Хью услышал, как она шепчет герцогу: – Монсеньор, только не в этой комнате! Мы всегда там сидим. Вы привели меня туда в самый первый вечер.