Гербарий Жанны - Изабель Шави Страница 119

Бугенвиль с огромным уважением относился к Коммерсону и восхищался его необычным «слугой», поэтому не хотел бросать их на растерзание европейским моралистам. Пьер Пуавр, с круглого лица которого впервые исчезла улыбка, степенно кивнул: он позаботится о том, чтобы его друзьям было хорошо в Порт-Луи.

— Это всего лишь вопрос нескольких месяцев, – настаивал Бугенвиль. – А потом мы со всеми почестями встретим наших ученых, вернувшихся во Францию.

* * *

Чуть позже Бугенвиль и Филибер заперлись в кабинете, который Пьер Пуавр любезно предоставил в их распоряжение. Жанна, которая до сих пор держалась в стороне от небольшой группы мужчин, по-прежнему исполняя роль слуги, увидела, как они уходят, и ее кольнуло дурное предчувствие. Что происходит? Проведя рядом с Бугенвилем долгие месяцы в море, она научилась расшифровывать каждое выражение его лица, а сегодня на нем были крупными буквами написаны чувство вины и смирение. Жанне показалось, что беседа затягивается, но, как она ни напрягала слух, из-за закрытой двери не доносилось ни малейшего звука. Занервничав, она принялась ходить взад и вперед. У ворот большого особняка в колониальном стиле зелень настолько буйно разрослась, что требовала ежедневной работы нескольких садовников. В тот день двое метисов косили траву по обе стороны подъездной дорожки. Над их головами зеленый попугай не переставая летал туда-сюда и, будто насмехаясь, окликал их хриплым голосом.

— Знали бы вы, какая это бесконечная работа! – раздался у Жанны за спиной женский голос. – Если бы мы за этим не следили, растительность поглотила бы дом в мгновение ока!

Удивленная, Жанна повернулась. Поначалу она даже не сразу заметила молодую незнакомку. Возможно, та уже давно была здесь, но Жанна, погруженная в свои мысли, ничего не видела. Сидя в широком кресле из ротанга, дама наблюдала за ней, небрежно обмахиваясь веером. Ее одежда из легкой хлопковой ткани выглядела элегантно и просто. Женщина была очень молода и очень грациозна; легкий загар подчеркивал яркость голубых глаз и розовый цвет полных сочных губ. Светлые волосы, вьющиеся от природы, были собраны в небрежную прическу, красиво обрамляющую лицо. Легким кошачьим движением незнакомка встала и подошла к Жанне, распространяя вокруг аромат ванили. В ушах у нее покачивались натуральные жемчужины, привлекая внимание очарованной Жанны.

Когда они встали рядом, облокотившись на перила и почти касаясь друг друга плечами, молодая женщина продолжила самым естественным тоном:

— Увидев это место в первый раз, я подумала, что попала в рай. Но не следует полагаться на изначальное впечатление. По полгода мы здесь умираем от жары, а ужасные лихорадки могут в два счета уничтожить все население. Еще и ураганы… Моему супругу, естественно, здесь сразу же понравилось. Меня зовут Франсуаза Робин. А вас?

Смущенно откашлявшись, Жанна пробормотала:

— Жан Бонфуа, слуга господина Коммерсона.

— О, того знаменитого ботаника, большого друга моего мужа! Но успокойте меня: ведь Жан Бонфуа – не ваше настоящее имя, правда?

Пораженная, Жанна молчала, не зная, что ответить. Молодая женщина разразилась хрустальным смехом.

— Мне все известно! Я умею вовремя навострить уши, и у моего дорогого супруга нет от меня секретов. Бедная моя, как вам, должно быть, не терпится покинуть эти ужасные места! – Ни капли не обижаясь на изумленное молчание Жанны, молодая женщина продолжила: – Я очень рада познакомиться с вами. Мой муж, конечно, нежный и любящий, но женщин в нашем окружении довольно мало. Вам известно, сколько продлится ваше пребывание здесь?