Ее мятежник - Аманда Маккини Страница 12

Я почувствовала его раньше, чем увидела — массивное, зловещее присутствие. Я заставила себя смотреть прямо перед собой, чтобы страх и слабость не выдали меня.

Всё тело напряглось, когда я взяла его под руку — как мы репетировали. Ни слова не было сказано.

Аня бесшумно растворилась, как всегда, когда в комнату входил отец.

После того как последний участник процессии скрылся за дверью, они закрылись. Мы с отцом замерли на своих местах, как две фигуры в зловещем спектакле.

Сердце бешено колотилось в груди.

Оркестр заиграл торжественное крещендо. Двери распахнулись, и сердце подскочило к горлу.

Дыхание перехватило. Я не могла сглотнуть.

Сотни самых богатых и влиятельных людей России повернулись, чтобы смотреть на меня. Но мой взгляд был прикован только к одному человеку. Центру всего этого. Человеку, которому меня отдавали.

Отдавали.

В одно мгновение страх и тревога сменились леденящим, чистым гневом.

— Алекс, — раздался низкий голос отца. Он попытался сделать шаг, пока я всё ещё была прикована к месту.

Закрыв глаза на секунду, я приказала ноге согнуться в колене.

Мы вошли в неф вместе.

Налево, направо, налево...

Ярость бурлила в венах, горячая и густая.

Направо, налево...

Я сосредоточилась на мужчине, стоявшем под распятием.

Налево, направо...

Я вздёрнула подбородок и выпрямила спину.

Налево, направо...

Я ненавижу тебя.

Налево, направо...

Я тебя ненавижу.

Я.

Ненавижу.

Тебя.

ГЛАВА 4

ДЖАСТИН

Самолёт несколько раз подпрыгнул на стыках взлётной полосы, прежде чем окончательно затормозить. Я откинул шторку иллюминатора. За окном не было ничего, кроме белой пелены. Крупные, плотные снежинки яростно кружились в порывах ветра, вывшего вдоль фюзеляжа.

«Добро пожаловать на Аляску, — раздался в салоне голос пилота, окрашенный лёгким сарказмом. — Надеюсь, вы прихватили снегоступы».

Я посмотрел на свои новенькие чёрные оксфорды Santini, купленные неделю назад, и тихо выдохнул.

У трапа меня встретила женщина в огромной красной пуховке. «Доброе утро, мистер Монтгомери. Ваш автомобиль готов».

Я взглянул на хмурое, свинцовое небо. Уже утро? Посмотрел на часы, чтобы собраться с мыслями. Путешествие из Токио отняло пятнадцать изматывающих часов.

Развернувшись спиной к ледяному ветру, я последовал за женщиной по обледенелому тротуару к чёрному внедорожнику без опознавательных знаков. Мужчина в зимнем комбинезоне и вязаной шапке грузил мой чемодан в багажник.

— Сэр? — Женщина, слегка покраснев от холода, протянула мне ключи.

Устроившись на водительском сиденье, я достал телефон, открыл последнее сообщение от Астора и вбил пункт назначения в навигатор.

Через тридцать минут я подъехал к «Медвежьему гнезду» — элитному бару в центре Анкориджа. Внутри повсюду горели свечи, их отсветы дрожали на тёмных деревянных стенах и полированном полу. В глубине зала потрескивал огонь в камине. Мелькнула мысль — не собирается ли мой контакт спалить это место дотла после нашей встречи.

Я заметил его сразу — он был единственным, кто сидел в одиночестве. Перед ним лежала газета, рядом стояла чашка кофе и недопитый бокал мартини.

Судя по сахарной окаемке, это был «Лимонный дроп».

Он оказался старше, чем я ожидал — лет семидесяти, с седыми волосами и бородой в тон. Высокий, сухопарый. Из тех оперативников, кого большинство недооценивает при первой встрече, а потом горько жалеет, столкнувшись с их кошачьей ловкостью и скоростью. Я хорошо знал этот тип. Змея в траве. Человек, которого хочешь видеть на своей стороне.