Бывшая майора Столярова - Виктория Рогозина Страница 12

— Да ты меня балуешь… — голос Евгения был тёплым, чуть ироничным, как всегда, но стоило ему уловить в её дыхании что-то неровное, как интонация резко изменилась. — Что случилось?

— Женя… — голос сорвался, грудь сжалась, и слёзы вдруг сами пошли по щекам. — Мы с Артёмом… в отделении. Его задержали, а меня... меня посадили с ним в камеру, потому что я не родная. Они не верят. Не верят, что я за него как за сына...

— Где вы? Адрес.

Она еле выговорила улицу и номер участка, будто каждое слово резало язык. На том конце связи повисла напряжённая тишина, в которой она ощутила, как Женя уже принимает решение.

— Я еду, — коротко сказал он. — Не плачь. Я скоро. И не вздумай ничего подписывать. Я всё улажу.

Сигнал пропал.

Амина опустила телефон на колени, медленно выдохнула. Стало легче. Чуть. Совсем чуть-чуть. Но это было как глоток воздуха после слишком долгого погружения.

— Он приедет? — спросил Артём, лениво потягиваясь.

— Приедет, — кивнула она, сжимая руки на коленях, чтобы унять дрожь. — Он никогда меня не подводил.

— Ну, тогда не страшно, — пожал плечами парень. — У нас тут даже не так уж плохо. Главное — мы вместе.

Амина подняла на него глаза, и в груди что-то щемяще-светлое разлилось теплом.

Иногда поддержка приходит оттуда, откуда не ждёшь.

Глава 8

Дверь отделения с глухим хлопком распахнулась, словно от удара ветра, и в проеме возник Женя Столяров — высокий, уверенный, с каменным лицом и тяжёлым, чеканным шагом. Его пальто развевалось, как у человека, который не заходит — вламывается, и не просит — требует.

Он стремительно направился к стойке дежурного, достал удостоверение и почти ткнул им в лицо полицейскому. Тот сначала открыл рот, потом побелел, будто перед ним вдруг явился прокурор с ордером на собственную жизнь.

— Столяров. Освобождайте Артема Ковалева и Амину... — он бросил взгляд в документы. — Ковалеву. Немедленно. И принесите извинения. Личностям, задержанным без законных оснований, — голос был холоден, как металл, и резал воздух, будто нож.

— С-сейчас… конечно… — пробормотал дежурный, заикаясь и уже вскакивая на ноги. — Мы… мы не знали, что…

— Не знали, — отрезал Столяров. — Не думали. Не проверили. Стандарт.

Через несколько минут из камеры вывели Артёма и Амину. Она была немного растрёпана, пальто сдвинулось набок, щеки пылали — то ли от стыда, то ли от пережитого шока. Волосы выбились из причёски. Женя посмотрел на неё — внимательно, чуть прищурившись. Глаза задержались на лице, на плечах, будто проверяя, не причинили ли ей вред.

Артем шагнул первым, взглянув на Столярова уверенно, как на равного.

— Спасибо, дядь Жень, — коротко бросил он, по-взрослому.

— Не за что, — отозвался Столяров с кивком и вдруг весело усмехнулся. — За мной!

Он развернулся резко, почти по-военному, и повёл их к выходу. Амина, сбивчиво благодарившая за спасение, едва поспевала за его решительным шагом, а Артем — уже в привычной манере — засунул руки в карманы и шёл следом, будто всё происходящее было частью какого-то приключенческого квеста.

На улице у тротуара блестел фарой его чёрный джип, словно в ожидании продолжения истории.

Евгений ловко распахнул переднюю пассажирскую дверь и, не теряя ни капли галантности, протянул ладонь Амине. Она замялась на миг, потом вложила свои холодные пальцы в его тёплую ладонь — и он мягко помог ей забраться в салон.