Рецепт: как вернуть любовь - Саша Вандэр Страница 12

Полина:

Кать, а ты знаешь что-нибудь о Никите?

Её ответ не заставил долго меня ждать.

Катя:

Полин??? Тебе что ли этот чудик понравился? Он же лошок тот ещё.

Полина:

С чего ты взяла?

Катя:

Да ладно, Полин, не прикидывайся. Уж меня-то не обманывай. Я знаю, когда тебе кто-то начинает нравиться, ты включаешь режим Шерлока Холмса :)

Полина:

Ну может, и понравился! Что с того? Какая в этом проблема?

Катя:

Да, в принципе, никаких. Просто, я думаю, ты себе хуже сделаешь.

И тут я задумалась… А что, если бы мои друзья узнали, что я с ним общаюсь? Навесили бы на меня такой же ярлык "неудачницы", как и на него? Или просто отвернулись бы? Я попыталась представить такую ситуацию, как мои одноклассники перестают со мной разговаривать, и, к своему удивлению, поняла, что меня это совсем не трогает. Телефон в руке завибрировал, а затем раздался звук входящего звонка.

— Полин, ты что ли обиделась на меня? – настороженно спросила Катя.

— А?

— Ты где витаешь? – возмущённо произнесла подруга. – Так выходит, это действительно правда. Тебе понравился этот экспонат?

— Катя! – прикрикнула я на подругу. – У парня есть имя, и он такой же человек, как и мы с тобой.

Ну где элементарное уважение? Ну как так можно!

— Оу… Слушай меня внимательно, подруга, – серьёзно начала Катя. – Ты в курсе, что этот… Никита какой-то совсем бесхребетный? Наши пацаны из класса, да и вообще все параллели, его постоянно гнобят.

— Нет… – тихо проговорила я.

— Так знай! Они ему отвешивают подзатыльники, оплеухи, толкают, подножки ставят, а Никита вообще ничего не делает в ответ. Обзывают его, как только в голову взбредёт. А он всё молчит и терпит. Разве это пацан? Да любой другой на его месте давно бы уже в драку полез, а этот…Слабак! Да и вообще он какой-то… никакой!

В словах Кати была правда только в одном: как можно было позволять другим вытирать об себя ноги? Хотя, с другой стороны, вдруг у него есть свои причины к такому безразличию. Может, у Никиты что-то происходит дома? Сегодня я видела, как в его небесно-голубых глазах было столько ненависти и злобы, что они вот-вот готовы вспыхнуть черным пламенем. Я не понимала, что могло породить в нём такую бездну негатива? Голос Кати вырвал меня из размышлений.

— Многие из наших задаются вопросом, есть ли у Никиты вообще хоть какие-то чувства? – Катя тяжело вздохнула. – Какая-нибудь капля обиды или гордости в конце концов? Как можно так себя не уважать? Или ему просто наплевать на себя… А это самое страшное.

— Почему? – озадаченно спросила я у нее .

— Потому что, Полин, такие как, Никита, могут закончить печально свою жизнь. По крайней мере, мне так мама моя говорит.

— Ты хочешь сказать, он может совершить суицид? – внутри всё сжалось от страха.

— В теории. На практике не знаю. Ну, а теперь скажи мне, Полин, тебе всё ещё нравится вот такое вот? – в её голосе звучали нотки веселья, но я не понимала, что здесь смешного.

— Да какая разница, понравился или нет! Нельзя так обращаться с человеком, – со злости выпалила я.

— Да ты гонишь?! – Катя явно мне не верила.

— Я серьезно!

— Ну, ну, – расхохоталась она мне в трубку. – Если будет какой-то кипишь в школе, знай! Я на твоей стороне, подруга!

— Спасибо, конечно, за одолжение. Но о каком ты кипише говоришь? – проворчала я.