Плохая фанатка - Тесса Бейли Страница 121

Он скрутил ее трусики спереди точно так же, как сзади, и на пробу натянул между складками, облизнувшись, когда киска Джозефины влажно запульсировала, а попка беспомощно оторвалась от сиденья.

— Черт, как же хорошо, – выдавил он, сдвигая трусики в сторону и приникая к ее прекрасной плоти языком. – Раздвинь ноги пошире, чем в прошлый раз. Ты теперь моя девушка.

— Как тебе не стыдно, – задыхаясь, сказала она. Но ноги все равно раздвинула шире.

Довольный до боли, Уэллс добрался языком до клитора и долго лизал его, пока у Джозефины не задрожали ноги.

— Ты сама позволяешь. Знаешь же, Джозефина, что ради тебя я готов унижаться перед всем миром. – Он провел языком по ее клитору, а средним пальцем медленно и глубоко скользнул во влажную щель. – Согласись?

Она схватилась за сиденье так сильно, что кожа заскрипела.

— Да, – простонала она.

— Я перед тобой на коленях, вылизываю тебя, словно ты вся из золота. – Он добавил второй палец, двигаясь в ней, поглаживая, наслаждаясь мягкостью узкого входа. Он в жизни не видел ничего прекраснее влаги, остававшейся у него на костяшках. – Моя женщина кончает первой и бурно, поэтому я и могу приказывать ей раздвинуть ноги, правильно?

— Стой, стой, – торопливо проговорила она, содрогаясь с головы до ног. – Я сейчас кончу!

Боже, как горячо. Эта открытость. Эта дрожь в голосе. Вся она.

— А ты не хочешь, Белль?

— Нет, – всхлипнула она, зарываясь пальцами ему в волосы и подтягивая ближе к себе, чуть выгибаясь, чтобы подставиться под уверенные движения языка. – Слишком приятно.

Уэллсу пришлось расстегнуть брюки свободной рукой – без вариантов, ведь теперь она сама терлась о него, захлебываясь стонами его имени. На вкус она была как мед и явно приближалась к оргазму, и он хотел высвободить свой член. Чтобы двигать по нему рукой и представлять, что он в ее теплой киске.

Просто охренеть. Она сводила его с ума.

Он только коснулся члена, а уже чуть не кончил.

Только и думал о том, как узко и хорошо будет внутри Джозефины.

Он добавил третий палец, и получившийся влажный звук прозвучал в его ушах божественным гимном. Тогда он вновь принялся вылизывать ее влажный клитор, и вскоре ее пальцы запутались в его волосах, вздохи стали все чаще и чаще, а затем она содрогнулась, ее бедра задрожали, и он ощутил на языке ее вкус.

— Уэллс! – крикнула она, нечаянно задев локтем клаксон, сжала коленями его голову в порыве страсти, – а потом соскользнула с сиденья, и от неожиданности Уэллс повалился спиной на траву.

Она застонала при виде стоящего колом члена. Все еще содрогаясь, уселась сверху, сдвигая средним пальцем растянутые мокрые трусики, а потом опустилась на член, который он придерживал дрожащей рукой. Приняла полностью, от чего из головы вылетело абсолютно все, кроме потока ругательств, уперлась руками в его плечи и принялась двигать бедрами.

— Мне так хорошо, – на выдохе сказала она. – Боже, мне так хорошо.

Он не сразу нашел в себе силы ответить – слишком невероятными были ощущения. Она принимала его так, так, так глубоко, набухшая, влажная от удовольствия. Сочная. А после того, как она повалила его на спину, он понял: оргазма, который ждал впереди, он не испытывал в жизни.

— Это что? – хрипло выдохнул он. – Награда?

— Именно так. – Она задрала ему футболку до горла, провела языком по соску, а затем прикусила. До боли. – Оказывается, мне тоже не стыдно.