Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 122

— Руперт, мистер Марлинг, мистер Давенант. Как это мило с их стороны! Почему вы все делаете мне подарки, мадам?

— Но сегодня ведь твой дебют, дорогая. Я подозреваю, что Хью спросил Джастина, какие тебе послать цветы. – Она взяла в руки букет. – Смотри, какая изысканная ваза. А что написано на карточке?

Леони взяла в руки карточку.

— Леону от Хью Давенанта. Но я же сегодня не Леон, а мадемуазель де Боннар! А здесь что? От мистера Марлинга – колечко. Посмотрите, мадам! – Она развернула последний пакетик, и там оказался веер из искусно раскрашенной цыплячьей кожи, натянутой на распорки из слоновой кости. – Какой Руперт умница! Как он узнал, что мне хочется веер, мадам?

Фанни с загадочным видом покачала головой.

— Откуда мне знать, детка! И перестань скакать по комнате, глупышка! Где жемчужное ожерелье Джастина?

— А, ожерелье! – Леони подбежала к туалетному столику и из одного из ящичков извлекла длинную нитку молочно-белых жемчугов.

Фанни дважды обернула ее вокруг шеи Леони, еще раз с ужасом взглянула на часы, побрызгала духами на Леони. В последний раз одернув ее платье, она поспешила к двери.

— Вы опоздаете! – крикнула ей вслед Леони. – И все потому, что наряжали меня. Я вас подожду, мадам!

— Конечно, детка, подожди! Я хочу быть там, когда тебя увидит Джас… когда они все тебя увидят. Посиди со мной, пока я буду заканчивать свой туалет.

Но Леони не сиделось на месте. Она ходила взад и вперед перед зеркалом, отвешивала сама себе реверансы, обмахивалась веером и нюхала розы.

Рашель работала очень быстро, и скоро на миледи уже было платье из розового шелка с нижней юбкой из серебристых кружев и с огромным обручем – Леони такого еще никогда не видела. Миледи махнула по лицу заячьей лапкой, надела на руки браслеты и вставила перья в свою роскошную прическу.

— О, мадам, вы выглядите замечательно, – сказала Леони, на минуту останавливаясь.

Миледи сделала гримасу своему собственному отражению.

— Как я сегодня выгляжу – совершенно не важно. Тебе нравятся серебристые кружева, детка? А туфли? – Фанни приподняла юбки и показала очаровательную ножку.

— Да, мадам, очень нравятся – очень! А теперь пойдем вниз и покажемся монсеньору.

— Сейчас, дорогая, – еще минутку. Рашель, дай веер и перчатки. Леони, возьми букет в другую руку, а шнурок от веера надень на запястье этой. Вот так – прекрасно! Я готова.

— Я так волнуюсь, что того и гляди лопну! – воскликнула Леони.

— Милая, следи за своим языком. Чтоб я не слышала таких слов, как «лопну» или «кабан». Если ты меня любишь, воздержись от них.

— Хорошо, мадам. Я постараюсь об этом помнить. И о «штанах» тоже.

— Еще бы! – хихикнула Фанни и выплыла на лестницу.

На верхней площадке она остановилась и отошла в сторону.

— Детка, иди первой. Медленно! Сколько сердец ты сегодня разобьешь! – Но последнюю фразу она сказала про себя.

Леони чинно пошла по широкой лестнице, ярко освещенной высокими свечами в установленных в нишах канделябрах. Внизу, собравшись около камина, их ждали мужчины. На лиловом камзоле герцога сверкали ордена; лорд Руперт был в голубом камзоле с кружевным воротником и манжетами и элегантном цветастом жилете; на Марлинге был камзол красновато-коричневого цвета; на Давенанте – бордового. Леони остановилась на середине лестницы и раскрыла веер.