Плохая няня - Тесса Бейли Страница 125

— Скажи, что хочешь быть единственной, кто видит мой голый торс, Таллула, – и так и будет. – Он обвил ее волосы вокруг кулака и откинул ее голову назад с такой силой, что у нее перехватило дыхание. – Хотя мне все равно. Так и будет в любом случае. Можешь даже отметить меня царапинами.

Его няня выглядела восхитительно шокированной.

— Берджес.

— Да? Говори, что хочешь.

Последовало два коротких вдоха.

— Прямо сейчас я просто хочу, чтобы ты снова поцеловал меня.

На этот раз, когда он со страстным рыком прильнул к ее губам, по его груди разлилось ощущение настоящего триумфа. Он так давно не чувствовал себя настолько живым, так давно не ощущал такого желания добиться того, что было в шаге от него. Он вложил в этот поцелуй всю свою решимость, пользуясь ее волосами как направляющими, наклоняя ее голову, снова и снова набрасываясь на нее, как голодный зверь, не останавливаясь, пока она не начала беспокойно ерзать между ним и стойкой.

— Что еще ты хочешь? – прошептал он, прижавшись к ее сочным губкам. – Хочешь снова увидеть меня сегодня вечером?

— Хочу.

Слава богу. Сердце буквально грохотало в его груди.

— Хочешь снова прийти ко мне в комнату и назвать то, что там произойдет, простым массажем? А потом посмотреть, что из этого выйдет?

Она кивнула, и благодарность за эти слова тут же смягчила ее черты.

— Хочу.

— Тогда все так и будет.

— Может, в этот раз я позволю тебе сделать массаж уже мне, – прошептала она, обвивая руками его шею и легко проводя языком по линии его губ. – Ты же не будешь со мной слишком груб, Господин Дикарь?

Мать его за…

Всю нижнюю часть его тела охватил жар. Руки Берджеса подхватили Таллулу сами по себе, и он вжал ее в шкафчики за ее спиной. Она тут же обвила его бедра своими голыми ножками, мягкими, словно шелк. И прижала его ими к себе покрепче. Он схватил ее сладкую попку обеими руками и резко вдавил член между ее ног, почти потеряв рассудок, когда заметил, как глаза Таллулы остекленели от желания. Она мгновенно возбудилась.

— Понежнее? Или погрубее? – спросил он, массируя ее шикарную задницу. – Так, на всякий случай, чтобы знать на вечер.

О, ей это нравилось. Нравилось отсутствие четких планов. Давления. Спонтанность была не в его стиле, но растущая отзывчивость ее тела, блаженство на ее лице в моменты, когда он не требовал от нее ответов, – это точно ему подходило.

— Погрубее, красотка?

— Да…

Он повторил поступательное движение бедрами, на этот раз сильнее (хотя он все еще сдерживался), и Таллула тут же впилась ногтями в его шею. По обоим их телам прокатилась дрожь. Он еще крепче прижался к ее теплой киске, вспоминая все, что узнал о ней прошлой ночью. То, какой мягкой и тугой она была. То, как она сочилась влагой, пока Таллула заглатывала его член.

— Еще грубее? – хрипло прошептал он.

Она энергично кивнула.

— Перестань сдерживаться.

— Ох… Мне всегда придется сдерживаться хоть немного, Таллула. Я же самый настоящий зверь, помнишь? – Его хватка стала почти жестокой, следующим толчком он прижал ее к шкафчикам со звучным грохотом. – Но как тебе такое?

— Хорошо… О боже, так хорошо… Так хорошо…

Берджес застонал, уткнувшись лицом в ее шею, и продолжил двигаться, массируя ее киску членом через одежду. Прерывистые всхлипы Таллулы звучали для него, словно музыка.