Влюбиться в твою улыбку. Книга 1 - Цин Мэй Страница 128

— Брат Жуй, а где форма?

— Вон там, в пакете на диване.

— А где раздевалка?

— Вон в том углу. Ай, да какая разница, можешь хоть тут переодеться. Все равно никого нет.

— О…

«Ну, тоже верно», – подумала Тун Яо.

Фотосессия у парней прошла без всяких проблем. Потому что мужчины, как правило, не достают фотографа всякой ерундой: «Чтобы кожа была белая! И лицо маленькое! И ноги длиннее!» Они просто встают, куда скажут, и делают то, что велит фотограф. Повернулись туда, сюда, щелк-щелк – и снимки готовы. После индивидуальных фото были отсняты еще и групповые – по двое, по трое, для рекламы, для мерча и прочих фанатских бонусов.

Сяо Жуй в это время, присев за спиной фотографа, разглядывал уже готовые снимки и цокал языком:

— Ну что за красавцы! Это не геймеры, это прямо модели! Ну ты глянь, даже Пухляш – уж на что пухляш, зато самый красивый из пухляшей!

— Ты это в прошлом году уже говорил, – напомнил Лу Сычэн. Они только что отсняли «дуэт с нижней линии» на пару с Пухляшом, и капитан тоже подошел посмотреть на отснятое. И вдруг спохватился:

— А который час? Нам не пора делать групповое фото?

— Час?.. Ой, точно! Уже столько времени, а наша единственная барышня все еще не вышла. Что она там делает? Гримируется под У Цзэтянь[56]?

— Все женщины – такие копуши… Когда они говорят, что готовы выходить, обычно это значит, что нужно еще помыть голову, высушить ее феном, расчесаться, накраситься, подобрать одежду, духи, сумку, обувь…

— Верно подмечено. Сходи за ней, Чэн.

— Почему я?

— Она тебя боится. Как увидит тебя – сразу же прибежит.

— …

Капитан взглянул на часы – время было уже не раннее. Он неохотно кивнул и под общими взглядами направился в сторону гримерки.

А там в это время Тун Яо, уже накрашенная, стояла у зеркала, поправляя рукой ресницы. Визажистка, собирая свои инструменты в чемоданчик, заметила:

— Они, наверное, с индивидуальными фото уже закончили. Скоро придут за тобой.

— Да-да, я сейчас. Надо только в форму переодеться…

— Ладно, ты переодевайся, а я пойду и посмотрю. Если уже пора – позову.

— Хорошо-хорошо, спасибо.

Тун Яо продолжала рассматривать ресницы в зеркале, пока не увидела в отражении, что визажистка вышла и закрыла за собой дверь. Девушка тут же опустила руку. Неловко было признаться, что она стесняется переодеваться при постороннем человеке. И теперь, когда комната опустела, Тун Яо пулей метнулась к оставленному Сяо Жуем пакету. Вытащила свою форму, ворвалась в раздевалку и быстро скинула рубашку и свободные шорты. Вскрыла упаковку и оторопела: там оказались только длинные спортивные брюки. И никакого верха! Он что, футболки и брюки в разные сумки положил? Или она просто забыла забрать из пакета?

Гримерка по-прежнему пустовала, а потому Тун Яо выскочила туда, в чем была, и опрометью бросилась к тому самому пакету. И в этот момент незапертая дверь громко клацнула – кто-то ее открыл.

— Коротышка, солнце село, сколько можно копаться… – раздался голос, а вслед за ним в дверях появилась высокая мужская фигура. И… фраза оборвалась, когда парень вошел внутрь и встретился взглядом с кем-то, кто враскоряку застыл у дивана.

Тун Яо:

— …

Лу Сычэн:

— …

Тун Яо:

— !

Лу Сычэн:

— !

Тун Яо:

— !!!

Лу Сычэн:

— !!!

Тун Яо посмотрела на свои трусики с принтом кролика и морковки, потом подняла взгляд на парня, который спокойно стоял в дверях. В этот момент у нее мелькнула мысль, что главная героиня дорамы на ее месте стыдливо прикрыла бы грудь, смущенно закричала или вытворила еще какую-нибудь подобную чушь. А ее реакция была проста: девушка разозлилась так, что ноздри раздулись, она глубоко вдохнула холодный воздух и сделала шаг назад.