Поцелуй с тенью - Навесса Аллен Страница 130

— Я чувствую, как у тебя прямо сейчас встает.

Я бесстрастно встретил ее взгляд и впервые в жизни принял свое сумасшествие, потому что теперь я по крайней мере был не одинок.

— А если я сейчас залезу к тебе в трусики, готов поспорить, ты будешь мокрая.

Она закатила глаза и высвободилась из моих объятий, поднимаясь на ноги.

— Мне никогда не стоило тебе говорить, что ты со мной делаешь.

— Да, конечно, давай спишем все на это.

Она грозно посмотрела на меня.

Я нажал ей на нос и уже собирался снова притянуть к себе на колени, когда Брэдли попытался заорать через свой кляп.

Через двадцать минут мы уже переоделись в нормальную одежду – слава богу, я постирал и высушил свои джинсы, прежде чем мы легли спать. Я вырубил Брэда его же хлороформом, намотал изоленту на его кляп и пихнул его в чехол для сноуборда Эли.

Пока она делала нам кофе в дорогу, я отправился за своей машиной. Подъезжая к ее дому, я отключил фары, чтобы не привлекать лишнее внимание. Была суббота и всего два часа ночи, то есть риск, что кто-то до сих пор не спал, был гораздо выше, чем в будни. Освещение на фасаде Эли было выключено, и, слава богу, ее рождественские огоньки стояли на таймере, так что погасли уже несколько часов назад.

В этой части ее квартала уличных фонарей не было, но все же рисковать не хотелось. Я быстро организовал еще одно коротенькое отключение электричества и спровоцировал его, как только открыл дверь машины. Когда квартал погрузился во тьму, я выскочил из машины и побежал к крыльцу Эли. Она открыла для меня дверь, как только я взбежал на него, и мы вместе схватили сумку с Брэдом и потащили его по улице. Потом, не особо церемонясь, закинули его в багажник и тихо захлопнули. Закончив с этим, Эли побежала обратно домой за кофе, а я уселся на водительское место.

Огни соседних домов снова загорелись, как только я свернул за угол, и мы с Эли облегченно обменялись взглядами, довольные, что так хорошо обставили свой отъезд.

— Твой кофе, – сказала она, протягивая мне термокружку. – Черный и немного сахара, верно?

Я приподнял бровь, забирая у нее кружку.

— Да.

Она одарила меня приятной улыбкой и выпрямилась в своем кресле.

— Я тоже обращаю внимание.

Эта женщина любила извращенный секс, знала, какой я люблю кофе, и была совсем не против помочь в убийстве насильника. За что мне такое счастье?

Я вновь сосредоточился на дороге, когда мы покинули ее сонный район и выехали на более крупную сквозную дорогу. Какое-то время нам еще попадались машины, но чем больше мы удалялись от города, тем меньше их становилось, и буквально через час наша машина оказалась единственной на темной проселочной дороге, пронзавшей заснеженные кукурузные поля.

Мы с Эли почти не разговаривали по пути – каждый погрузился в свои мысли по поводу того, что мы сейчас делали и насколько хуже сложилась бы эта ночь, если бы Брэду удалось проникнуть в дом. Во время наших коротких бесед я в основном рассказывал ей о том, что мне удалось выяснить вчера, когда она была еще на смене.

В полиции и больнице приложили все усилия, чтобы скрыть личность последней жертвы Брэда, но мне все-таки удалось выяснить, что это двадцатисемилетняя школьная учительница Мэйси Харольд, которая в день нападения поехала в Чикаго, на девичник своей подруги по колледжу. Судя по собранной мной информации, они наткнулись на Брэда и его компанию во время рейда по барам, и в какой-то момент вечера Брэд активно взял Мэйси в оборот, угостив ее с подругами выпивкой, хотя они пытались вежливо отказаться. Последнее, что помнила Мэйси, – это как она, наконец, согласилась выпить с Брэдом шот, чтобы не показаться грубой. А меньше чем через час кто-то услышал, как Брэд насилует Мэйси в кабинке, и вышиб дверь.