Второе высшее магическое - Юлия Жукова,Елизавета Шумская Страница 131

— Да как же… — запричитал Глазунов-старший. — Единственный же, кровиночка…

— Вот и смотрел бы за единственным, внимание не распыляя, — нахмурился князь. — И чтобы на моём пиру непотребства такого не творилось.

— Гости дорогие, сладкое подано! Извольте чаёвничать! — пропела княгиня, подле мужа появившись. Зеваки головами покачали, да к столам расходиться стали, а Немира стражники князевы увели, прямо так, спелёнутого.

Княгиня же ко мне подошла. От её изумрудной ферязи повеяло благовонием заморским, в волосах, вокруг головы заплетённых, блеснул гребень с яхонтами.

— Деточка! Ох и напугаласьты, должно быть. Поди малиновой настоечки испей, успокойся…

Уж не знаю, зачем ей меня опаивать, но я тут другую возможность углядела: ладонь тыльной стороной ко лбу прижала да покачнулась чуть, на Чудина заваливаясь. Не подкачал: ухватил.

— Ах, ваша светлость, дурно мне от переживаний горьких! Нет ли тут где светлицы тихой дыхание перевести? Я бы и наружу вышла, да зябко, как бы не слечь потом…

— Ну конечно, приляг! Сейчас я чернавку кликну, чтобы проводила тебя! — махнула подавальщице, а сама Яросвету пригрозила: — Вы бы, господин учитель, за спутницей своей лучше приглядывали!

Чудин ответил что-то покаянное, да я так старалась страдание изображать, что не до того было. А после отвела нас чернавка в светлицу прохладную по одному из переходов. Там лавки стояли, даже диван один, кувшин с водою на столике, а людей никого. И вот стоило нам одним остаться, как я болезную играть прекратила, и Чудину опешившему говорю:

— Вот здесь-то Прохвоста и дождёмся! Небось и рабочая светлица тут ближе!

Глава 25.3

В светлице вдвоём было как-то неловко. Вроде и раньше мы с Яросветом так оставались один на один, а поди ж ты, отчего-то сейчас и я смущалась, и он смотрел хоть куда, лишь бы не на меня.

К счастью, наконец из щели под дверью, будто капля тени, вытек и материализовался на полу Прохвост. Встряхнулся от пыли и тихо мяукнул, на меня глядя.

— Ну? — я присела на корточки. — Где?

Прохвост развернулся и пополз обратно к двери, оглядываясь, следуем ли мы. Мы обменялись с Яросветом кивком и в переход выскользнули. Котёнок вёл нас вглубь княжьих хором, по тёмным, пахнущим воском подвесным сеням. Я набросила на нас скрытность, чтобы ежели что — приняли бы нас за занавеси или сундук какой, но всё равно к каждому шороху прислушивались. Наконец Прохвост остановился перед дубовой дверью, украшенной железными накладками в виде змеев сплетённых. Дверь оказалась заперта.

Яросвет осторожно прикоснулся к железной скобе, потом отдёрнул руку, будто обжёгся.

— Тут чары охранные на замке. Попробуешь вскрыть — хозяин мигом проведает.

Эх, ну вот, запросто не войти. Я посмотрела на Прохвоста, который тёрся о косяк.

— А ты? — спросила я его шёпотом. — Пролезть можешь?

Яросвет обернулся изумлённо, но понял, что не ему. Котёнок же важною походкой прошествовал прямо сквозь дверь, вернув себе сияние бесплотное, как когда только из рисунка выпрыгивал.

— Вот, значит, как он в сундуки лазает… — протянул Яросвет.

И был неправ: сам-то Прохвост сквозь дверь просочился, но вынести-то он ничего не мог. А потому, коли мы хотели чего о князе узнать, надобно было мне ту методу использовать, что впервые у Быстрова в лавке опробовала. Вот только без памяти валяться не хочется… Но ежели только мельком оглядеться, понять, что где, а потом Кусаку запустить, чтобы написанное передала…