Луковая ведьма - Полина Луговцова Страница 131

Тем временем гости продолжали прибывать, и Тамара Андреевна, осознав, что в ее гостиной стало до неприличия тесно, попросила мужчин вынести стол во двор. С одной стороны, идея была неплоха, с другой, это привлекло еще больше народу, и люди входили в калитку, не спрашивая разрешения, поэтому вскоре стало тесно и во дворе. Тамара Андреевна старалась, как могла: распорядилась добавить к столу, вынесенному из гостиной, стол из кухни, придумала соорудить лавки из длинных досок, уложенных на табуреты, и откопала в кладовке огромный чайник, который доставала лишь по случаю самых масштабных торжеств, а их в ее жизни было не так уж много и давно уже не случалось.

Лавки и чайник оказались очень кстати, потому что вскоре пришла Алла Павловна и привела с собой шестерых детдомовских мальчишек – вчерашних беглецов.

— Не могу их теперь оставить ни на минуту, нет у меня к ним доверия, а если они снова сбегут, я этого не переживу, – пояснила она, заметив удивление на лице хозяйки дома. – От других воспитателей эти мальчишки вечно удирают! Никакого сладу с ними нет.

— Проходите, проходите, места всем хватит! – закивала Тамара Андреевна, но не успела она усадить за стол эту ораву, как в калитку вошли еще двое: Карл Романович Бенедиктов со своим черным блестящим портфелем под мышкой, а за ним – Митрич с огромным букетом белых хризантем и тортом в форме сердца в прозрачной коробке.

— Алла Павловна, случайно, не у вас? – спросил Карл Романович у Тамары Андреевны, поспешившей навстречу новым гостям. – Мне сказали, что она сюда направилась. – Его взгляд скользнул в глубь двора, и он заметил Аллу Павловну, сидящую за столом. Вскинув руку, он помахал ей, привлекая внимание. – Я к вам по делу!

— И я по делу! – выкрикнул наступавший ему на пятки Митрич и, обгоняя его, бросил на ходу: – Извините, уважаемый, но мое дело не терпит отлагательства, поэтому вы за мной будете.

Карл Романович возмущенно фыркнул, но ничего не сказал, а если бы и сказал, Митрич бы его уже не услышал. Притягивая к себе любопытные взгляды присутствующих, он приблизился к Алле Павловне и, упав перед ней на одно колено, торжественно произнес:

— Алла, я давно понял, что ты очень достойная женщина! Так, стало быть… это… выходи за меня замуж!

Взгляды гостей переметнулись от Митрича к Алле Павловне; все собравшиеся застыли в ожидании ее ответа.

— Как-то внезапно… – растерянно произнесла она, заливаясь краской, а затем шутливо воскликнула: – Без этих сорванцов я никуда не могу пойти, даже замуж! Только если вместе с ними меня возьмешь!

— А что, и возьму! Я давно о большой семье мечтаю!

— Их шестеро, и я хочу всех усыновить, – предупредила она.

— Пусть будет шестеро! – охотно согласился Митрич и, вручив Алле хризантемы и торт, провозгласил: – Стало быть, помолвка состоялась! – Поднявшись на ноги, он обернулся, отыскал взглядом Карла Романовича и обратился к нему: – Что ж, теперь ваша очередь, выкладывайте, какое у вас дело.

Бенедиктов замялся, явно смущаясь.

— Да я, собственно, могу и потом…

— Потом – суп с котом! Проходите уже! – настойчиво воскликнул Митрич. Карл Романович неохотно подчинился и шагнул к Алле Павловне.

— Дело в том, что у меня возникла идея подарить лагерь «Лучики» вашему детскому дому. Что вы на это скажете?