Фредерик - Алиса Бастиан Страница 133

— А вы не видите его нигде, даже где он есть, — не удержалась ты.

Заткнись, дура!

— Простите?

— Ваша очередь, — заявила ты, чтобы переключить его внимание.

Доктор Ч. открыл рот, чтобы по привычке сказать что-нибудь вроде того, что он ни при каких обстоятельствах не будет совать руку в банку с краской, но вспомнил, что сам тебя сюда привёл. Что ты не сдашься. И что он и так частенько делает с тобой то, чего обычно не делает. Лампочка сегодня уже была, почему бы не запачкать свою дорогую рубашку краской?

— Ну ладно, — вздохнул он, закатывая рукава.

Потом осторожно опустил руку в одну из банок, дал краске немного стечь, наклонился и оставил на бумаге большой отпечаток своей ладони рядом с твоим маленьким. Белый как снег, который ещё не укрыл грязную землю. Как незапятнанная душа, которой не было ни у одного из вас. Как светлое будущее, чем вы оба также не могли похвастаться.

Твой красный отпечаток уже потёк, и белый, в котором краски было больше, стал его догонять. Вы просто очаровательны.Ближе к низу листа несколько потёков соединились в один, нерешительно превращаясь в новое пятно. Нежно-розовое, как романтичный рассвет. Как помада, которую ты стирала с губ доктора Ч.

Как очки, которые, по его мнению, надел на тебя твой психопат и в которых, похоже, теперь был он сам.

54

Посещение выставочного пространства не прошло для тебя бесследно: уже наутро ты проснулась с ужаснейшим насморком, мучавшим тебя следующие несколько дней. Не помогали ни капли, ни спреи, ни таблетки, ни продукты. Тебе хотелось спать, но голова периодически раскалывалась, словно сопли проникли даже в мозг. Потом добавились кашель и слабость, хотя температуры не было. Три с половиной дня ты отнекивалась, повторяя, что всё в порядке. Меньше всего тебе хотелось видеть или слышать доктора Ч. Звонки которого ты сначала сбрасывала, переводя общение в текстовые сообщения и говоря в них, что просто устала и хочешь побыть дома одна. Но когда наступил вечер вторника, а ты по-прежнему отказывалась говорить по телефону и заявила, что в среду не приедешь в лечебницу, трубку пришлось всё-таки взять, потому что доктор Ч. собрался ехать к тебе. К этому времени тебе стало получше, но, конечно, он понял, что ты простудилась. Тебе стоило огромных усилий убедить его не приезжать. Пришлось прямо сказать, что ты не хочешь никого видеть и вообще уже ложишься спать.

Ложь.

В среду санитар Х., с которым ты обменялась телефонами, прислал грустный смайлик в ответ на твоё сообщение о том, что сегодня ваша шахматная партия не состоится, и пожелал выздоровления. Вы нужны нам здоровой.

Нам.

Доктору Ч. ты сообщила, что практически здорова, но его это не убедило. Он позвонил в обеденный перерыв.

— Что вам привезти? — спросил психиатр. — Я имею в виду…

— Ничего не надо, спасибо. Правда. Мне гораздо лучше. И у меня всё есть. — Тебе не хотелось, чтобы он вообще приезжал, не то что заботливо привозил лекарства или продукты, о чём он явно пытался заикнуться. — Не надо.

— Я всё равно приеду, — заявил доктор Ч. — У вас очень слабый голос.

Господи.

— Всё нормально, — сказала ты, слыша, как пришло какое-то уведомление.

Но доктора Ч. уже было не переубедить, это ты поняла. Что странно, учитывая, что он явно не получит ничего взамен. Точно не в твоём состоянии. И не в твоей квартире. Брр.