Жена хозяина трущоб - Лика Семенова Страница 135

Но сейчас было что-то не так. Я это скорее ощущала, чем видела глазами. Будто воздух стал плотным и тяжелым. Или это неотвратимое предчувствие, что сегодня явится Марко? Сегодня был шестой день, и кровь уже не шла.

Я прислонила ухо к стеклу. Казалось, в воздухе разливался какой-то едва уловимый низкий густой гул. Потом во дворе показались люди. Один, второй, третий… почти толпа. Парни коротко переговаривались и спешили в сторону большого двора. Судя по всему, к главным воротам, которые мне отсюда не было видно. Потом из флигеля вышли две служанки. Постояли, выглядывая за угол. Через пару минут к ним присоединилась еще одна, и все трое тоже ушли в сторону большого двора. Там явно что-то происходило.

Я подергала оконную створку. Стекло дребезжало, но рама не поддавалась. Бесполезно. Я снова прижалась ухом, но не слышала ничего, кроме булькающего неразборчивого гула. Я забралась на подоконник, в надежде, что так обзор будет лучше, но это не помогло. Я по-прежнему видела только пробегающих по двору людей.

Что же там случилось? Кого-то убили? Но едва ли такая мелочь могла вызвать переполох.

Во рту пересохло, сердце болезненно колотилось. Я спустилась с подоконника, кинулась к лестнице. Долго прислушивалась, но дверь внизу, судя по всему, была закрыта. Господи! Что там происходит?

Вдруг на лестнице послышались шаги. Я прижалась к стене, затихла. Только не он! Вздрогнула всем телом, когда пикнул замок решетки, и та громыхнула с металлическим гулом.

Я не верила своим глазам. Джинни. Казалось, она стала еще смуглее и еще больше похудела. Осталась одна коса. От нее пахло стиркой. Джинни не мигая смотрела на меня, и в ее глазах тут же задрожали слезы. Она молча кинулась ко мне, обняла. Так крепко, что стало больно.

Я обняла ее в ответ:

— Он разрешил, да? Разрешил тебе прийти?

Она покачала головой.

Я похолодела:

— Тогда сейчас же уходи, пока не увидели. Слышишь? Иначе он разозлится, и мы все испортим. — Я чмокнула ее в щеку: — Я так рада, что увидела тебя! Уходи! Уходи!

Джинни отстранилась, каким-то детским жестом утерла слезы. Рукава задрались, и я увидела на ее тонюсеньких руках синяки.

Я опустила голову:

— Тебя сильно избили?

Она глупо улыбнулась. Какой вопрос — такая и улыбка.

Я сглотнула:

— Только били? Скажи правду.

Я очень боялась, что ее изнасиловали.

Она поняла. Кивнула:

— Только били. Правда. Не переживай.

Я потянула ее к лестнице:

— Уходи, скорее. Иди же! Если он узнает — то все.

Джинни на удивление спокойно улыбнулась:

— Ему сейчас не до этого, поверь.

Я замерла:

— Почему?

— У ворот полиция из Полиса. Много полиции. Там столько шума! Марко обвинили в похищении человека. Они пришли за тобой.

Я будто разом лишилась сил. Прислонилась к стене, боясь поверить своим ушам.

— За мной? — Покачала головой: — Этого не может быть. Ты ничего не путаешь?

Джинни покачала головой:

— Ты гражданка Полиса, я все знаю. Марко тебе не муж — он обычный преступник. Надеюсь, его надолго посадят в тюрьму. Но он к ним не вышел. Парни тянут время, говорят, что ищут его. В усадьбе и во всей Кампаниле. Это плохо, Софи.

Я хотела ответить, но Джинни приложила палец к моим губам:

— Нам нужно быстрее выйти отсюда, пока он не очухался, и пробраться к воротам, чтобы тебя увидели. Тогда ему уже не отвертеться. Иначе…