Хрупкое счастье понедельника - Дэни Аткинс Страница 136

Мак редко говорил о тех временах, когда падающее зрение постепенно лишала его привычной жизни, отобрав работу, независимость и в конечном итоге девушку. Даже сейчас, когда все это осталось в прошлом, я слышала волнение в его голосе.

Мне никогда и никого не хотелось обнять с такой силой, как Мака в этот момент. На случай, если желание вдруг станет неодолимым, я ушла на другой конец комнаты и остановилась перед современным газовым камином с очень реалистичным пламенем. Мак, должно быть, последовал за мной с бесшумностью вора, потому что я понятия не имела, что он стоит прямо за моей спиной, пока не сделала шаг назад и не умудрилась наступить ему на ногу очень острым каблуком-шпилькой.

— Господи! Мак! Простите! – засуетилась я, услышав, как он приглушенно и не вполне печатно вскрикнул. – Все в порядке? Я вас не ранила?

Инстинктивно я опустилась на колени, чтобы осмотреть рану, словно это был мой ученик, упавший на игровой площадке.

К счастью, следов крови на его сером носке не было видно, но это не значило, что мои каблуки, которые вполне могли сойти за оружие, не оцарапали ему кожу.

— Все в порядке, – ответил он, протягивая мне руку. – Пустяки.

Я взяла его за руку и позволила поднять меня на ноги. В результате мы оказались так близко, что я ощутила тепло его тела под футболкой. С виноватым видом я поспешила отступить за пределы его личного пространства.

— Понятия не имею, почему со мной такое творится, когда вы рядом, – растерянно рассмеялась я. – Хотите верьте, хотите нет, но обычно я не настолько неуклюжая.

— Может быть, из-за меня вы начинаете нервничать?

— Нет. Думаю, не в этом дело, – с трудом ответила я.

Он добродушно пожал плечами и сменил тему, хотя выбранное им направление было почти столь же неловким.

— Что ж, несмотря на пораненную ногу, я хочу сказать, что очень рад, что вы сегодня пришли. Это был очень необычный год, и я не могу себе представить другого человека, вместе с которым я хотел бы его проводить.

Я покраснела и с прямодушием, о котором, наверное, впоследствии мне было суждено пожалеть, ответила:

— Я тоже.

Он прикусил губу, словно пытаясь сдержать следующую фразу, но она все равно сорвалась.

— Я был уверен, что Алекс успеет раньше.

Его замечание оглушило меня, словно взрыв, и я стояла, хватая ртом воздух, как золотая рыбка, пытаясь подобрать ответ и отвергая их один за другим. Я ни на шаг не приблизилась к цели, когда зазвонивший телефон Мака дал мне отсрочку.

Он посмотрел на экран и виновато улыбнулся.

— Извините, Молли. Вы не против, если я отвечу?

Я покачала головой, даже обрадованная этой передышкой.

— Энди! – воскликнул он с такой теплотой в голосе, что я практически ощутила, как температура в комнате поднялась на несколько градусов.

Не желая, чтобы он подумал, будто я подслушиваю, я отошла к окнам и попыталась отвлечься видом на город.

Слова Мака об Алексе прозвучали тревожно сразу по нескольким причинам. Неужели все видели одно и то же? Становилось все труднее скрывать подозрение, что Алекс продолжал искать во мне свою жену. Меня бросило в дрожь, хотя в комнате было тепло. Если это и в самом деле так, то, конечно же, лучшее, что я могла сделать, это просто уйти.

Но поступить так означало утратить контакт не только с Алексом, но и с Коннором. Мысль о том, что я могу больше никогда их не увидеть, наполнила меня иррациональным ужасом. Я прижалась лбом к прохладному оконному стеклу, словно мне понадобился компресс, чтобы унять начинающуюся мигрень.