Взлетай и падай - Сара Штанкевиц Страница 14

Слезы встают в горле комом, ведь я очень скучаю по Картеру. Но осталось всего восемь недель, и он снова будет рядом. Я справлюсь.

— Хватит обо мне. Как дела у моей любимой девочки?

Мое. Сердце. Танцует.

Оно танцует так энергично, что мне начинает казаться, что ноги сейчас тоже пустятся в пляс.

— Сегодня переехала в новую комнату. Картер, она такая классная! Гораздо больше старой, и у нас даже есть общая гостиная.

— А почему ты решила переехать? Змея по соседству достала?

— Мама сказала, что там темно и воняет.

Очередная ложь.

— Очень в стиле Пенелопы. Господи, как я по вам соскучился! Можешь встать? Хочу посмотреть на тебя целиком, а не только на лицо.

Во мне поднимается паника, ведь я не смогу исполнить его желание.

Я прикрываю глаза и всерьез подумываю притвориться мертвой. Вдруг прокатит.

— Скай! Встань! Ради меня, ну, пожалуйста! – Картер дуется, и черный пирсинг на его соблазнительных губах поблескивает.

— Не могу. Я в одних трусах.

— Тем лучше. Разве я там чего-то не видел?

Картер многозначительно мне подмигивает, и на мгновение все тело охватывает пламя. И пока верхняя половина сгорает от жара, в ногах я чувствую лишь слабое тепло. Неужели при его намеках на нашу ночь теперь так будет всегда?

— Картер, – одергиваю я его.

— Что? Ты сексуальная. Разве ты забыла, как мы…

— Нет. Не забыла.

В этом-то и проблема. Я не забыла, как приятно было ощущать твои пальцы на самых деликатных местах, которые теперь ничего не чувствуют. Но сознание сохранило воспоминание о том, как ты теплыми руками гладишь мои бедра, а потом решительно берешь. Черт, надо прекращать думать об этой ночи. И задаваться вопросом, будет ли он считать меня сексуальной в Холли. И вообще, не стану ли я ему противна, когда он узнает, что я пять раз в день ставлю катетер… Я трясу головой, отгоняя от себя воспоминания.

— Прости, Картер. Сегодня я не встану.

Я никогда больше не встану.

Все эти месяцы он то и дело пытался завести разговор о ночи перед отъездом, но мы так и не поговорили, потому что я переводила тему. И мне от этого плохо.

— Жаль. Ну ничего страшного, Скай-Скай. Через два месяца я тебя увижу. Целиком. Может, ты будешь и не в одних трусиках, но я затискаю тебя до смерти. Просто предупреждаю… – Он все еще играется с кольцом, быстро крутит его туда-сюда на пальце. – Это что, стена позора?

Картер приближается к камере, и я вижу его синие глаза. Боже, они прекрасны.

— Ага. Первым делом повесила.

Картер называет это «стеной позора», потому что на большинстве фоток выглядит нелепо. А еще невероятно сексуально.

— Приблизь камеру! Хочу рассмотреть фото, – просит он меня, так что я беру ноутбук и показываю ему наш своеобразный фотоальбом. – Боже, фото на пляже все еще мое любимое. Две недели потом песок выплевывал!

— Картер, ты меня дразнил. Так что сам напросился!

— Да-да, я знаю.

Он лыбится в камеру, и от его взгляда я теряю чувство времени. В какой-то момент у него в комнате раздается какой-то шум, слышно мужской голос. И тут в кадре появляется кто-то. Кто-то, при виде которого у меня останавливается сердце, ведь это Айзек Уокер, гребаная звезда!

Солист группы Crashing December заставляет миллионы сердец биться чаще. Но даже его ироничной усмешке, карим глазам и густым темным волосам не затмить красоту Картера.