Следуя за любовью - Ханна Коуэн Страница 143

— Вам с ба тоже было со мной нелегко, – говорю я, отрывая глаза от конюшни и утыкаясь взглядом в колени. – Вы меня очень хорошо воспитали. Думаю, Анна в этом со мной согласится.

— Эта девушка – нечто необыкновенное, Броуди. Она особенная! Твоей маме она бы понравилась. Никогда не думал, что городская девушка может с таким энтузиазмом учиться жить на ранчо. Но скажу тебе: ей это вполне подходит.

Блин! Как же у меня щиплет глаза!

— Я слишком устал, чтобы это выслушивать.

Дед продолжает, не обращая на мои слова никакого внимания.

— Надо было сказать тебе все это намного раньше. Я тобой очень горжусь! Мой мальчик хочет, чтобы весь мир узнал его имя, и не боится идти к своей цели. А я был просто старым упрямцем, который винил тебя за то, чего ты не делал.

— Ты же знаешь, что я уже не мальчик?

Дед смеется сквозь слезы, и у меня по щеке тоже скатывается капля, прежде чем я успеваю опомниться. Я спешу ее смахнуть.

— Это все, что ты услышал?

Я фыркаю.

— Не будем предаваться телячьим нежностям. Мы никогда этим не страдали. Но я рад, что меня вырастил ты. Почти всю мою жизнь ты был мне отцом больше, чем дедом.

Он хлопает меня по плечу, а потом крепко сжимает его.

— Поехали домой. Твоя девушка ждет тебя не дождется.

Я завожу двигатель и жму на газ, отчаянно желая снова увидеться со своей женщиной.

— Прошлой ночью она ночевала с вами в главном доме?

Вчера нам не удалось толком поговорить до того, как она легла спать. Когда я купил билеты и собрался, было уже поздно. До посадки я успел только наскоро позвонить и убедиться, что у нее все в порядке.

— Да. Бабушка постелила ей в твоей старой комнате.

— Хорошо.

Молчание.

— Этот репортер больше не вернется. Наверняка он давно, поджав хвост, умотал туда, откуда его черт принес.

— Он из Нэшвилла. Должно быть, его сюда послали, когда я велел студии не давать комментариев.

— Броуди, ты не виноват! – Голос у деда звучит твердо и решительно.

— Как это? Это я их сюда привел.

И это жестокая правда. Я привел сюда журналистов в первый раз и сделал это сейчас. И такая история повторится еще не раз, пока моя карьера не подойдет к концу. Это несправедливо, и до скончания жизни меня будут мучить угрызения совести.

— Они сами себя сюда привели, чтобы преследовать невинных людей. Ты тут ни при чем, и мы все это знаем. И Анна тоже.

— И что мне ей сказать? Я не могу обещать, что это не повторится.

— И не надо. Она от тебя такого и не ждет. Эта девушка нисколько в тебе не сомневается. Как и в твоей карьере, и во всех вытекающих последствиях. Она знает, кто ты. Уже давно.

Он убедил меня, насколько это возможно, пока я сам с ней не поговорю.

— Спасибо, дедушка! – благодарю я от всей души.

Он кивает, и вот мы уже у дома. Я выхожу из грузовика, руки и ноги у меня тяжелеют, но стоит входной двери распахнуться, чтобы на пороге появилась Анна, и я уже бодр как никогда.

Одно долгое напряженное мгновение она смотрит на меня, и в следующий миг ее сапоги стучат по ступенькам. Мы не бежим друг к другу, не спешим. Я жду, когда она подойдет, будто нет ничего естественнее, чем прижать ее к груди и вдохнуть аромат ее духов.

— Ты и правда вернулся, – шепчет она, уткнувшись мне в шею.

Я обнимаю ее и снова и снова целую в макушку. Меховой воротник ее куртки щекочет мне подбородок, и я наслаждаюсь этим чувством, не обращая внимания на неудобства.