Непригодные - Кира Коэн Страница 144

Я не чувствую себя голой, на мне трусы и любимая футболка с отрезанными рукавами, которая прошла со мной огонь, воду и только едва растянулась, но, признаю, вид на задницу в таком положении она совсем не скрывает, а через прорези с боков тоже отлично всё видно, и производимый эффект мне определённо нравится.

— Эй, разве у тебя нет кучи работы, которой нужно заняться? — смеюсь и ёжусь от щекотки, когда его ладони добираются до рёбер.

— Пошли они! Это вообще-то не мои задачи. Отправлю обратно разрабам — пусть сами со своим говном разбираются или ищут другого дурака, который захочет помочь.

Он наклоняется ближе, почти касается губами шеи, когда говорит эти слова, обычные, совсем не романтичные, но я уже готова сдаться. Отвлекает жужжание телефона позади, где-то среди сваленных на столик вещей. Я разворачиваюсь, отдаю сигарету Тайлеру и с озорной улыбкой юрко выскальзываю из его рук.

— Что там? Родители?

— Сильно сомневаюсь, что они позвонят или напишут после вчерашнего. К тому же, прожить ещё один год — это достижение только для пропащих. У нас дом такое не чествуют, — усмехаюсь я, открывая мигающее уведомление о новом сообщении. — Ну да, вот, пожалуйста: «Скидка двадцать пять процентов на любую пиццу до конца месяца». А что? Звучит, как отличное предложение! И как раз вовремя. Стоит воспользоваться, как думаешь?

Он больше не выглядит таким весёлым. Это раздражает, потому что сожаления — заразительны. Слишком опасная территория для меня.

— Почему ты не сказала раньше, что у тебя день рождения? — спрашивает Тай с этим дурацким серьёзным лицом, и я чувствую, как неосознанно начинаю балансировать на тонкой грани.

Как же там говорил док? «Мозгу всё равно, настоящая твоя улыбка или нет. Он запустит одинаковые химические процессы в любом случае».

Улыбайся. Просто продолжай улыбаться, у тебя отлично получается!

— И что бы ты сделал? Закупился бы картонными колпаками, хлопушками и дуделками? А что, мне нравится. Только, чур, никаких клоунов.

Кажется, тот совет действительно работает. Во всяком случае, у меня выходит так здорово, что порой я и сама забываюсь. Тайлер вроде бы тоже верит — и шутливому тону, и кокетливой позе, и отточенным движениям губ… Знаю, это чувство равновесия крайне зыбкое, но я всё равно продолжаю хвататься за него и пока не готова отпустить. Как раз потому, что оно не вечно.

Пустота предоставила мне тайм-аут, но я не сомневаюсь, что вскоре всё вернётся на круги своя. Она уже стала моим постоянным спутником, нормой, моей настройкой по умолчанию. И мне хорошо известно, что она коварна и беспощадна: как только начинает казаться, что ты освободился — всё обрушивается разом, и ты понимаешь, что на самом деле у тебя не было и шанса.

Телефон снова дребезжит, на сей раз отвлекая звонком. Для полноты картины это должен был оказаться кто-то с работы, со спонтанным, не терпящим отлагательств вопросом; или администратор студии пилатеса, куда я не возвращалась после аж трёх героических заходов в прошлом году, с предложением взять себя в руки и возобновить посещения; или же банальный прозвон со сбором пожертвований на нужды сирот, неимущих, тяжелобольных, спасение лесов, исчезающих видов животных (нужное подчеркнуть). Но, к счастью, из динамика на меня с первой секунды начинает орать Офелия.